Эскадра его высочества

– Господа, если вы не очень заняты…

– Мы не очень заняты, Роза, – жгуче улыбаясь, сказал жгучий красавец Бурхан.

Девушка зарделась.

– О, вы меня помните… Господа, вас приглашают в… в… Ну, в общем, приглашают.

* * *

Их пригласили в адмиральский салон. Там-то они и увидели самых важных пассажиров, места которых пустовали в кают-компании.

Вдоль кормовых окон стоял длинный белый диван, а на диване, слева от прохода на балкон, сидели Камея с Инджин. На столе перед ними находилось несколько приборов и ваза с фруктами.

– Ру-уперт, – сказала Камея.

Руперт привстал и поклонился.

– Добрый вечер, господа, – сказала Инджин. – Вы не откажетесь с нами запоздало пообедать?

– Или преждевременно отужинать? – улыбнулась Камея.

– Ваше высо…

– Тс-с, – Инджин сделала страшные глаза. – Нет здесь никаких высочеств. Потому что враг не дремлет! Ну, вот скажите мне откровенно, ваша честь, где вы тут видите хоть одно высочество?

– У Фемиды глаза должны быть завязанными, – поклонился Кэйр.

– Да где ж тут поместиться высочеству? – удивился Бурхан, трогая низкий потолок.

Камея рассмеялась.

– Прошу к столу, господа. Рада, что наша компания воссоединяется. К сожалению, Изольда сейчас дежурит в лазарете. Господин Кирш… ну, вы понимаете. А вот господин Кузема, я надеюсь, появится, как только его обнаружат в недрах «Поларштерна».

И господин Кузема появился. Стоило Магде Андреевне вынести супницу, как он и появился.

– Ах, вот оно что! Тайны раскрываются, – пропел он с порога. – Здрасьте, всем! Камея, так вы, значит, прин…

Бурхан показал ему кулак.

– Господа! Только не наступайте мне на ноги. Завели, понимаешь, моду… Лучше намекните, чего нельзя делать. Я же сообразительный!

– Тогда делай вид, что ничего не соображаешь, – сказала Магда Андреевна.

– А, это пожалуйста. Это я хорошо умею.

– В самом деле.

– Я должна перед вами извиниться, господа, – сказала Камея, когда все отдали должное супу. – За то, что вы оказались на борту «Поларштерна». Спасибо, что не отказались.

– А если б отказались? – спросил Ждан.

– Сидеть бы вам в Семибашенном замке, – сообщил Руперт.

Это прозвучало столь внезапно и противоестественно, словно заговорила статуя.

Бурхан медленно промакнул салфеткой свои усы.