Град темных вод

«Куртка! Летом! С капюшоном! В Кащенко день открытых дверей?» – все больше диву давалась девушка.

Под ветровкой обнаружилось что-то оранжевое.

– О, цвет солнца, которое ты так… – художник не закончил фразу, оставив Веронике еще один повод для удивления.

– Дым и пламя – биколор Георгиевской ленты, – гневно, с напором высказал тип. – Цвета пороха и огня. Мы тут о колористике дискутировать будем, или ты уберешь уже чертов свет?

Стас, не прекращая ухмыляться, развел руками.

– Заказчик всегда прав, особенно если он знает такие умные слова. Поставим ширмы, так ты не будешь видеть окна, а нам хватит освещения. Добро?

– Поторопись, – поджал губы «клиент».

И все это с таким видом, будто Вероники не то, что в помещении – в природе не существовало. Хотя расстояние метров в пять исключало возможность для девушки быть незамеченной.

– Так, – художник оглянулся. – Для начала: Ник, это – Валентин, охотней откликается на «Вал»; Вал, это Вероника, для знакомых – Ник.

Девушка кашлянула. «Ник» – так звала ее Аня. Та, которую недавно пришлось навещать в больнице. Вообще, положила начало «традиции» Галка, в ее устах имя звучало с намеком на то, что носительница его та еще пацанка, и отчего-то именно это сокращение ушло «в люди».

Но Вероника не могла припомнить ни единой ситуации, где бы преподаватель назвал ее не по фамилии. «Стасу виднее», – решила она и молча кивнула. «Право, не руку же для поцелуя подавать?» – взгляд ее автоматически метнулся в сторону угла с раковиной, чтобы, если этого типа потянет на странности, руки после этого дела помыть…

– Здрась-те, – сквозь зубы процедил «клиент».

– Итак, раз вы сказочно рады знакомству, – потирая ладони, сказал Стас, – Займемся подготовкой. Ник, на тебе фон, мы пока подтащим ширмы.

Минут десять спустя начальные приготовления были окончены. Ширмы загораживали неприятственное для «клиента» солнце, сам он снял, наконец, ветровку и очки, оставшись в широких черных штанах с кучей карманов и оранжевой футболке.

– Потрет не парадный, так что обойдемся без «ступеньки», – на ходу комментировал художник, ставя перед ширмой с фоном круглый табурет. – Усаживайся. Ага, нормально. Прими удобную позу, тебе так долго сидеть.