Град темных вод

Внимание! Эффект Обморожение может быть усилен, если не покинуть область негативного воздействия стихии!

«Насрать!» – беззвучно вопила Хэйт. «Просто выпустите меня отсюда!»

И тут, будто мук и неподвижности было недостаточно, поднялась снежная буря. Вместо снежинок – осколки ледяных глыб, вместо завываний ветра – мертвенная тишина.

Лог запестрил сообщениями об уроне. Несерьезном, по 5-15 единиц хп за каждую льдинку, но частом.

Холод и боль пронизывали все тело; в какой-то момент Хэйт перестала понимать, что «тело» – не настоящее, а только игровой аватар, что гибель в ледяном аду – неминуемая, самой ей отсюда было не выбраться – всего лишь перенесет ее в круг воскрешения.

Всплыло оповещение об усилении обморожения и с угрозами обморожения «сильного».

«Тогда это – слабое?» – угасающий рассудок Хэйт изволил шутить.

Таял бар здоровья.

Ад готовился отпустить жертву из ледяных тисков. Отпустить – навстречу милосердной смерти.

Выносливость увеличилась на 1.

Это было последним, что увидела Хэйт перед тем, как умереть.

– Зря ты лежишь, – негромко произнесла Тариша над свернувшейся в клубок (прямо в круге воскрешения) адептке. – Увидит Мать, решит, что сломалась.

Хэйт вздрогнула, с трудом заставила себя принять сидячее положение.

– Т-тут т-тепло, – стуча зубами (морозный ад выпустил тело, но не память) откликнулась Хэйт. – Что т-там дальше в программе?

Единичка к выносливости, как цена изуверских пыток, не казалась ей равноценным обменом, ну никак.

«Если Бестий так вымораживают, то неудивительно, что они все – как статуэтки бесчувственные», – она все же встала с пола. Помнится, раньше ей казалось, что пол в круге – холодный, но сегодня она так не думала.

– Возвращайся в ледяной зал.

– Что?! – возопила адептка.

– Возвращайся в ледяной зал, – не моргнув глазом, повторила дроу.

«Так вот, что значит: путь боли, страданий и ужаса. Первый раз ты не знаешь, на что идешь. Тебе непрозрачно намекают на потерю процентов опыта – ты беспечно решаешь, что это чепуха.

– Ты идешь или хочешь сдаться? – равнодушно спросила Тариша.

Хэйт сглотнула.

– Иду.

«Слышишь, преисподняя, иду!»

– Во второй раз будет легче, – безучастным тоном сообщила дроу перед заиндевелыми створками.