По ту сторону от тебя

Конечно, не хватает женской заботы, но это – небо и земля по сравнению с тем, где мы жили раньше. Я взяла на себя смелость расположиться только в одной из них. Чтобы мы были вместе, как и раньше, – Майя весело щебетала, не обращая внимания на оторопелую подругу. Мия впервые видела её такой разговорчивой «не по делу».

Они вошли в «свою» комнату, выдержанную в бежевых тонах. За огромным окном на всю стену открывался прекрасный пейзаж. Вдоль стен, напротив друг друга стояли две кровати. По центру располагался журнальный столик, а кроме этого в комнате ещё было два шкафа, полки с книгами и обеденный стол.

– И чему или кому мы обязаны такими «хоромами»? – подозрительно прищурившись, спросила Мия: – Ты добилась своего?

– Скорее всего – тебе. Ты не поверишь, что вчера было… У Джамиля была истерика. Но сразу расскажи, что произошло с тобой.

Девушка за пару минут поведала подруге о происшедшем, так как, собственно, и рассказывать-то было нечего.

– Всё равно не понимаю. Ты не помнишь, как оказалась в том зале? И совсем ничего не заметила странного?

– Я потеряла сознание. И что, по-твоему, я должна была увидеть такого «странного», когда за последнее время одно сумасшествие вокруг?

– О! Странностей в жизни много, но такое тут случилось впервые, это точно! – возбуждённо воскликнула блондинка. – Ты должна мне показать спину. Раны нужно обработать, чтоб не попала инфекция.

Сев на постель спиной к подруге, Мия расстегнула пуговицы и спустила одежду на талию. Блондинка ахнула и провела рукой по её спине:

– Теперь я понимаю смысл фразы «в рубашке родился» – на тебе нет ни царапинки, ни синячка даже!

Мия, ловко завернув руку за спину, провела ею по телу. Действительно, не чувствуется ни единого шрама и ничего не болит. Обе девушки на мгновение замолчали.

– Я никак не могу этого объяснить, – нарушила тишину Мия.

– Ну, если по порядку, то, как только меня увели, странным стало всё. В нависшей тишине я услышала первый удар плети, а на небе стали сгущаться неизвестно откуда взявшиеся тучи, и ветер поднялся такой, что в окнах стали лопаться стёкла. Началась гроза, которую вряд ли когда-нибудь видело местное население. Гром гремел с такой силой, что содрогалась вся мебель.