По ту сторону Земли. Начало перемен

Боже, я был готов отдать все в тот момент, лишь бы подольше слышать ее медовый голос.

Мы проговорили до самого рассвета. Она рассказывала о месте, из которого прибыла, я – про свою жизнь простого кузнеца. Она то и дело смеялась, теребила косу, а когда вода в реке зазолотилась от лучей восходящего солнца, заявила, что хочет купаться. Не успел я опомниться, как она сбросила с себя платье и нижнюю рубашку. Из ткани на ней остались только зеленые ленты, вплетенные в волосы. Она окунулась в воду, а потом обернулась ко мне.

– Ну что же? Ты идешь? Или так и будешь там сидеть?

Это была лучшая ночь в моей жизни. Хотя моя душа в тот момент разрывалась на части. Часть меня верила, что кроме нее в этом мире больше ничего не имеет смысла, а часть корила за то, что я предаю брата. Когда мы, абсолютно нагие, лежали, греясь в лучах утреннего солнца, она вдруг прижалась ко мне, и заявила, что влюбилась в меня с первого взгляда. И что не хочет выходить замуж за Олава.

Первой мыслью, пришедшей на ум в тот момент, было сбежать вместе. Собственно, именно это я ей и предложил. Она лишь рассмеялась, сказав, что это не выход. Олав найдет ее, где бы она ни была, если она сбежит. И накажет их обоих. Единственный выход – убить его. И тогда мы с ней сможем быть вместе.

Тем утром я разозлился на ее слова и, ни говоря больше не слова, оделся и ушел. Но мы встречались на берегу реки каждую ночь на протяжении недели, и каждый раз она говорила одно и то же: я должен убить «брата», и мы с ней будем вместе.

И спустя семь прекрасных ночей эта идея перестала казаться такой ужасной.

В тот день мы должны были выезжать на очередное сражение, чтобы подавить восстание в небольшой деревушке. Я беспрепятственно прошел к другу с мечом. Охрана ничего не заподозрила, Олав часто любил играться с оружием в своих покоях.

Он даже ничего не понял. Мы и впрямь были практически братьями, и он никогда не ожидал подвоха.

Даже когда меч, который я ковал для него, пронзил его насквозь, и он обернулся, чтобы посмотреть на своего убийцу, в его глазах читалось удивление. «Нет… Ты не мог этого сделать… Ты не мог…», – это были его последние слова. Как только бездыханное тело Олава повалилось на пол, я понял, что натворил. Но было поздно.

На шум тут же сбежалась охрана. Меня схватили, связали, избили до полусмерти и бросили в холодный подвал, служивший темницей.