Медный обряд. Легенды Черного озера

– Что вас смущает? – спросил он.

– Даты, – ответила я, потирая виски. – Что-то в них не то. У нас есть две сводки, но в них стоят разные даты рождения моей бабушки Юли. Промежуток немаленький. Между 1929 годом и 1941 почти двенадцать лет.

– А вы знаете, когда она родилась?

– Ей было около семидесяти в день смерти. Значит, на первом бланке информация правильная.

– В те времена была путаница в документах. Не стоит обращать внимания. Вы же уверены, что Агата не имела других детей?

Я пожала плечами.

– Если бы были, мама упомянула бы о них в дневнике. Я согласна, что переписчики населения ошиблись.

– Давний приятель отправил мне статью из журнала, которую публиковала ваша мама. Она пишет о могущественном племени, в котором творились настоящие чудеса белой магии. Ведьмы помогали людям в стихийных бедствиях, исцеляли тяжелые болезни, снимали порчу, укрепляли браки, создавали защитные амулеты для местных жителей. У них был особенный секрет, который они поклялись никому не раскрывать, переживая за то, что им воспользуются со злым умыслом… Теперь мы в курсе, какие легенды рассказывала ваша прабабушка.

– А про часы там говорится? – зевая, спросила я у профессора.

– Нет, о часах ни слова. Но послушайте, что она пишет о Черном озере: «Пришли люди прошлое ворошить, дно озера баламутить. Зря они вмешались, медь окроплена кровью и пеплом, обратит она сны в злой морок. Гнались за деньгами, да за славой, а получат смерть свою. Черная вода вытянет жизнь из тела того, кто вовремя не опомнится.

– Черные часы созданы из проклятой меди? – воскликнула я. – Именно они вызывали видения.

– Спорный вопрос, но отчасти соглашусь с вами. Вопрос вот в чем: когда подняли ящик со дна озера? Мы с Олегом сошлись на том, что часам около восьмидесяти лет.

Я почти не слышала Бориса Глебовича, шепотом перечитывая легенду о Черном озере.

– Нелли, – окликнул он меня.

– О сером дыме, – я перевела взгляд на стену, вспоминая день, когда медная находка не принесла радости. – Я однажды пошла за овощами на рынок. Стояла середина января, мороз, пурга, ресницы слипались, ноги немели. Продавцы в ларьках торговали в теплых шубах. В один момент теплом повеяло, как от печки. За стеклом газетного киоска промелькнул красный блик. Это был магнит из меди с изображением вологодского кремля.