Медный обряд. Легенды Черного озера

– Может ли этим «кто-то» оказаться Марк? – выпалила я.

– Вполне может, – опустил глаза Борис Глебович. – Знакомые сказали про него вот что: записывались они к нему по рекомендации. Повод, конечно, не назвали, но призвали не сомневаться в его магических способностях. Понимаете, куда я клоню?

– Понимаю, – я поднялась со стула и прошлась по аудитории. Голова закружилась. – Но, когда он увидел шкатулку с медью, то, безусловно, догадался, у кого могут храниться часы. Если он ищет их, то почему ничего не предпринимает?

– Вам стоит быть осмотрительнее, Нелли.

– Спасибо, что вы помогаете мне, – поблагодарила я старичка профессора. – Не переживайте за меня. Все будет хорошо.

Нелька, ты чего так долго? – подхватила меня под руку Маринка, как только я вышла из кабинета. – Мы ждали тебя, ждали. Потом ребята пошли закупать продукты для пикника, а я решила дождаться окончания твоих дебатов.

– Марин, извини, – замялась я. Мысли роились, слипались в один снежный ком. – Давайте без меня?

– Профессор озадачил тебя чем-то? – спросила подруга.

– Нет, не в этом дело. Я приболела, кажется. Думаю, мне лучше остаться дома, – соврала я. На самом деле, мне хотелось бы остаться одной. Подумать.

– Ну вот, – расстроилась Маринка. – А чего сразу не сказала?

– Да черт его знает, – вздохнула я. – Сначала хорошо все было. А теперь голова разболелась, вот-вот лопнет.

На этот раз я солгала лишь отчасти.

– Эх, не повезло тебе. Снова мигрень? Давай, провожу до дома.

– Мигрень, будь она неладна, – проворчала я, изображая недовольство.

– Пойдем, прогуляемся.

Мы шли через парк по песчаной дорожке, влажной от недавно прошедшего дождя. Всю траву на газоне усеяли белые хлопья лепестков: вчера бушевал ветер, он сорвал остатки наряда с яблонь и черемух. Зато сирень продолжала цвести в полную силу, наполняя воздух ароматной свежестью.

– Марин… Ты мне так и не рассказала про Марка, – прервала я неловкое молчание.

– Нель, все сложно, – Марина остановилась и глубоко вдохнула. – На ее щеках блеснули слезы. – Я не рассказываю вовсе не потому, что не хочу. И не потому, что боюсь.

– Он обижает тебя? – перебила я, чувствуя, как во мне поднимается волна гнева.

– Да нет, что ты, – отмахнулась подруга. – Марк своеобразный, но мне он ничего плохого не сделал.