Разлом сознания

Однажды на моих глазах они насиловали заключенную. У меня не было шанса на спасение.

– Угомонись, сука! – почувствовала жжение в области ягодиц и дернулась, слишком сильно, как оказалось. Член выскользнул из меня и последующий удар, пришедшийся мне в живот, откинул меня в сторону. Резкая боль пронзила все мое бедро. Я ощущала каждое движение острого осколка, что резал уже не кожу – мышцы.

***

Я закрываю глаза ладонями, абстрагируясь от воспоминаний из детства. С момента, как я обрела способность здраво мыслить, я задавалась вопросом: «Почему у других детей не так?» Я искренне им завидовала, играя в одиночестве на площадке у подъезда дома и наблюдая за счастливыми молодыми людьми и плодами их любви.

На время отложив написание книги, я принимаю решение прогуляться до озера, подышать свежим воздухом здешних лесов и привести в порядок собственные мысли и эмоции.

Восемнадцать месяцев назад я приобрела уютный двухэтажный дом в лесах штата Колорадо. Удивительное место, я никогда ранее не задумывалась о возможности уединиться в поисках гармонии с природой.

Впрочем, в то время меня и не посещали подобные мысли – я довольствовалась обеспеченной жизнью в городе, которую приходилось отрабатывать. Прекраснейший вид, что открывается с деревянного крыльца дома, на темное голубое озеро, плескающееся в лучах заходящего солнца, заставляет усомниться в моей адекватности на протяжении двадцати семи лет. Почему я не переехала сюда раньше?

С самого рождения и вплоть до полного совершеннолетия я была вынуждена жить в бедности – последние деньги, которых и так не было в достатке, отец тратил на дешевый алкоголь и таких же дешевых потрепанных женщин, которые выглядели старше него самого.

Сидя на нагретом дневным теплом валуне, я вспоминаю каждое лицо «пассий» родителя. Удивительным образом они отпечатались у меня в памяти. Однако в этом не было никакой сложности: лица женщин были всегда похожи – чрезмерное употребление алкоголя (и, наверное, не только его) было причиной быстрого старения кожи, поэтому на лицах молодых девушек (по возрасту) пролегали глубокие морщины, и сам оттенок был неприглядный глазу – нездоровый, земельно-серый.

Отец заставлял меня работать с десяти лет. Я пыталась устроиться уборщиком в различных магазинах и кабаках, разносила листовки и рекламы модных салонов красоты, в тайне мечтая стать одним из их клиентов. В шестнадцать лет произошло то, что сломало мою и так несчастливую жизнь.