Сойти с ума

И московская элита не жадничает в оплате за добросовестный труд. Я промолчала, попросив, чтобы мне составили список и маркером выделили с кого и сколько брать.

– Кристиночка! Вы стали ещё прелестнее с момента нашей последней встречи!

Я подняла голову и посмотрела на обладателя приятного баритона. М-да, Крис права. Это образец обаятельности. Высокий худощавый мужчина в льняных штанах, мокасинах и белоснежной футболке «поло». На руках какой-то кожаный браслет, видимо, купленный на одном из заморских курортов.

Волос на голове мало, так что я его просто назову лысым ёжиком. Глаза карие, с кучей мимических морщинок вокруг них. Особенно, когда улыбается. Нос прямой без горбинок, перекатов, переломов. Губы чуть пухлые. На левой щеке небольшой побелевший шрам.

– Алексей Петрович, присаживайтесь, – любезно предложила помощница, нажимая на телефоне кнопку внутренней связи, – Макс Викторович, господин Лазарев в приёмной.

– Пусть заходит, – откликнулся Макс и Кристина довольно посмотрела на клиента, – Вы платите? Абонемент истёк в прошлый раз, и я об этом предупреждала.

– Поговорим об этом после приёма. Заодно познакомишь с очаровательной юной леди, которая уже плотно засела у меня в сердце.

– Скорее в чреслах, – прошептала я, чтобы только Крис услышала.

Она хохотнула, я опустила взгляд. Ну, проваливай уже. Я хочу в туалет! И когда Лазарев скрылся за дверью, вскочила.

– Я скоро, – пикнула и убежала.

Сходив куда нужно, я едва не прикоснулась к стене от облегчения.

Столько терпеть! Больше не буду. Когда вернулась в приёмную развратника (сексолога звучит несколько скучно), Кристина обмахивалась бумагой и тяжело дышала.

– Ты не рожаешь?

– Мне ещё рано, но эта духота меня убивает. То жарко, то тошнит, то есть охото.

– От последнего я тоже не отказалась бы, – проворчала я, – Ну, что сейчас будем проходить? Кадет Снежка к знаниям готова!

– Да в целом я тебе всё рассказала и показала. Осталось тебе самой всё попробовать. Вот завтра и начнём.

Как раз запись есть новенькой на консультацию. Вот и договор тебе, и оплата, и общение.

Вздёрнула бровь.

– То есть могу идти?

– Пока нет. Сейчас Лазарев выйдет и спросим у Макса Викторовича.

Немного расстроилась, но что поделать?

В сумочке запиликал мобильник, о котором я благополучно забыла. На экране монитора высветился «Вадим». Нажала зелёную кнопку и прислонила к уху.

– Привет, – произнесла я, – Как самочувствие? А… Как у побитой собаки.