Отчаянные

Как ни крути, мне нужно было её увидеть, посмотреть как там Арман. Увериться, что мои деньги помогают им. Да, я малодушная. Слишком, чёрт возьми, добрая. И это всю жизнь играет против меня.

– О чём задумалась? – внезапно поинтересовался Делакруа.

– О потреблении, – пожала плечами, – о том, что из-за моего характера все мной пользуются и им это нравится.

– А тебе это нравится?

Мужчина неотрывно смотрел на дорогу, но я видела, как его кулаки сжались.

– В том то и смысл, – горько усмехнулась, – Что мои чувства не имеют значения.

– Ты не права, – пробормотал он.

Я удивилась словам, но предпочла их не комментировать. Пусть думает, что не расслышала. Ведь, вероятно, Ксавье сказал это для себя. Тем более, к чему врать, что мои эмоции имеют ценность?

Я смотрела на меняющийся пейзаж, время от времени считала мелькающие деревья. И не заметила, как глаза закрылись, и я погрузилась в сладкую дорожную дрёму.

Некоторое время спустя

– Шелли, мы приехали.

Я почувствовала, как чья-то ладонь провела по щеке, как губы коснулись лба.

– Уже?

Голос хрипел, и до сих пор не могла понять, где я собственно. Ксавье хищно улыбнулся.

– Ты проспала чуть больше часа. А сейчас мы приехали ко мне на квартиру.

Туда, где он меня отымел? Лишил невинности?

На глаза навернулись слёзы.

– Шарлотта, будь добра, уволь меня от истерик. Выходи из машины, и идём домой. Экономка как раз прибралась и приготовила обед. Отдохнём и поедем по магазинам.

Вытерев слёзы, вышла из автомобиля и сильно хлопнула дверью. На это Ксавье лишь закатил глаза.

– Совсем ещё ребёнок.

– Значит, ты педофил, – процедила, сквозь зубы.

В последнее время меня всё больше стала раздражать снисходительность к себе. И это помимо помыкания, использования в собственных целях.

Мне надоело чувствовать себя предметом роскоши, хотя нет. Не роскоши. Ведь я всего лишь грёбанный товар.

Делакруа обошёл машину и взял меня за руку.

– Не нужно меня раздражать. Ты знаешь последствия, – прорычал он мне в лицо.

Ещё бы не знать… У этого мужчины всё сводится к одному – к сексу.

Через десять минут я уже сидела за обеденным столом. Красивая кухня, вид из окна… И кто бы знал, как я всё это ненавидела. Как вспомню, свой первый раз, так сердце начинает болеть. Сама виновата. Не видела другого выхода и не вижу. Сама позволила ему взять себя, сама заключила сделку.