Отчаянные

Услышала, как открылась дверь, как кто-то резко выдохнул.

– Месье, – прохрипела Мари.

А это была именно она. Никто бы не посмел без предварительного одобрения сюда войти.

Ксавье прорычал.

– Вон пошла!

Дверь громко захлопнулась. Из моих глаз новым потоком хлынули слёзы. Да что же это такое? Теперь надо мной будут смеяться. Найдут из-за чего… Вот так и рождаются комплексы, вот так и уничтожает отчаянье.

Хозяин несмотря на появление Мари не остановился, а наоборот… Казалось, мои руки не выдержат и я повалюсь на колени.

Я из последних сил держалась, терпела… Сгорала от стыда. Наконец-то, мужчина замер.

– Чёрт, – пробормотал он, – без резинки…

– Я на таблетках, – произнесла я непослушным голосом.

– Знаю, но…

– Член превыше всего, – проговорила себе под нос.

Ксавье вышел из меня и отстранился. Я поднялась на ноги и стоя спиной к нему спросила:

– Я могу пойти в ванну?

Сзади послышался удовлетворённый смешок.

– Не забудь снова прибраться и комнату проветри. И пожалуйста, прекрати лить слёзы.

Это тебе не мамочкин дом.

Буквально ощутила, как мужчина с неприязнью выплёвывает эти слова. Иногда мне хотелось плюнуть в него, наорать, стукнуть… Но как я могу? Только переспав с ним я получаю семьсот евро. И это одна ночь. А эта неделя подарит моему брату почти пять тысяч. Это очень много.

Да, полгода назад, я потребовала слишком мало. Всего пятьсот, осознавая, что Делакруа мог дать больше. И дал… Но повышать планку до тысячи за раз, не осмеливалась.

Съёжившись, обхватила руками плечи побрела в ванную.

Мне нужно было расслабиться, нужно было смыть с себя его прикосновения, его жестокость.

Закрыв тихо дверь, спустилась по ней спиной и села на холодный кафель. Подтянула колени к груди. Из горла вырвался стон. Каждый раз, я не могла поверить, что нахожусь здесь, что продаю тело, словно колбасу на ярмарке. Регулярно, твердила себе, что рано или поздно это закончится. Не хотела думать об этом, потому что, было два варианта моего освобождения из этого Ада.

Смерть матери или брата. В первом случае, навсегда окажусь прикованной к Арману, во втором, буду виноватой во всем. Мама просто спишет смерть брата на меня. Мол, мало старалась, мало зарабатывала. Я не хочу винить её за такое отношение. Но обида уже давно засела в груди и проявляется с новой силой, после проведенного времени с Роже.

Поднялась с пола и подошла к раковине. Включила воду и ополоснула лицо ледяной водой. Посмотрела в зеркало. Криво улыбнулась.