Иссавель: Зов Крови

– Огюст, – рявкнул ректор, зрачки которого вытянулись в змеиные.

Вот, и имечко его сказали. Я улыбнулась, нехорошо так. Цербер тихо зафыркал, мол, не стоит срываться.

– До следующего года, – глава академии развернулся и направился за врата. И шел же так быстро…

Думай, Исса, думай!

Мор снова меня толкнул, будто поощряя к действиям. Непонимающе на него уставилась.

– Придется выкручиваться без учебы, – развела руки в стороны.

Цербер меня толкнул сильнее и я упала на задницу громко ахнув. Конь заржал, привлекая внимание ректора и призрака, которые уже дошли до врат.

– Подстрекатель, – прошипела я, и включилась в игру.

Мужчины к чему проявляют слабость? К женским слезам. Это я поняла, когда папа становился шелковым при виде слезинки матушки.

Всхлипнула и через пару секунд началось представление.

Ревела так, словно у меня отобрали любимую куклу Мирабель с оторванной рукой и вырванным глазом. Размазывала слезы по лицу, не забывая икать.

Набрала в лёгкие побольше воздуха и прокричала дрожащим голосом:

– Позвольте, хоть поработать в Академии! Мне домой, – снова поток животного рева, – Никак нельзя.

Отец мой, пообещал, что если не поступлю, то грозит мне замужество с чу-у-у-у-удищем! Говорят, он детей любит… То ли есть, то ли убива-а-а-а-а-ать! У него все кровиночки в земле уже лежат. Не хочу рожать и терять, рожать и терять, терять и….

Мне стало так себя жалко, что наигранные слезы сменились настоящими. Я сжала подол своего дорожного костюма, до крови прикусила губу.

В последний момент, когда почувствовала, что уже хватит… Или пан, или пропал… Подняла голову и посмотрела на ректора, который что-то под нос себе бурчал, а Огюст, летающий около него, махал руками.

Глава подошел ко мне и протянул руку. Ухватилась за широкую ладонь и поднялась.

– Что же с тобой делать-то? – тяжело вздохнул ректор, – Отправлю назад, совесть замучает… Пойдешь в услужение к призракам. Испытательный срок – четыре седмицы.

Я? К этим недодохликам? Исса! Скажи спасибо и за это…

– С-с-спасибо, – выдавила я, вытирая тыльной стороной руки щеки.

– А ты, – рыкнул он на Огюста, – Выдели комнату. Кажется, башня свободна. У нас не предусмотрено место для незапланированного работника. Особенно, живого. Предупреди Нору, чтобы отчиталась со мной в последний день испытательного срока.

– А когда я смогу…

– Правила Академии едины для всех, – оборвал меня мужчина.

Одарив меня презрительным взглядом, вспыхнул в пламени и исчез.