Иссавель: Зов Крови

Инициация подразумевает переход девушки в статус женщины. В момент близости с мужчиной, она будто созревает и сила, спавшая внутри прорывается наружу. Супруги разделяют этот момент и магия возвращается к хозяину. Но если самому пытаться вызвать… Во-первых, это смертельно опасно. Во-вторых, таким поступком, есть вероятность разгневать богиню. В-третьих, при таком раскладе образуется большой очаг поражения. Если дар светлый, то отдача зацепит, но не убьет. Покалечит слегка, да и только. Но вот тёмный дар, который тесно сплетается со смертью грозит расправой всем, кто находится в очаге.

От силы мага зависит сколько жертв он унесет за собой. Это все относится к девушками. У мужчин все проще: сходил в бордель и все дела. Ни позора на их голову, ни отречения от семьи… Я искренне недоумевала, отчего так в мире происходит. Отчего женщина не может зеркально отражать поступки мужчин?

Боюсь, меня бы вздернули на виселице за подобные мысли, так же как и за своевольную инициацию.

– Иссавель, – шептала я, – Сейчас ты не принцесса, не дочь Георга Праведного, поэтому взяла в руки в ноги и за работу.

Вспоминая позывной папы, хихикнула… Праведный, потому что часто приходит в ярость. Но многие думают, что прославился свои «монашеским» характером. Хотя я-то знаю, что темперамент там, словно взбунтовавшиеся вулкан.

Налила в ведро воды, прополоскала тряпку. Нацепила ту на швабру и стала намывать.

– В поле я прошлась красиво, умерли цветы, – запела я старую песню, – Рукой взмахнула игриво, умер в объятиях и ты… Нет, дурацкая песня.

А если такая? – рассмеялась, – Журчала в темечке водичка, крокодил роптал, цербер копытом дал по морде, потом взял и ускакал…

– Через пять минут придёт повариха, чтобы за это время ещё и столовую помыла, – на ухо прогромыхал противный голос Огюста.

Я аж инвентарь выронила и взвилась:

– Что ж вы, любезный, как стадо бешеных тараканов? Вот вроде нет и нет, а как появятся, противно становится….

Призрак обомлел и заткнулся. По-моему, у красноречивого недодохлика не было возражений по поводу сравнения и ещё одного прозвища: «таракан».

– Зараза мелкая, – прошипел прозрачный, – тебе осталось тридцать дней до того, как я пинками из Академии тебя выпру.

Мрачно улыбнулась, промолчала. Взяла «пожитки» и отправилась в «кормёжку». Свет при моём входе зажегся мгновенно, и я встала столбом и едва не застонала. Помещение было баснословно огромное. Белые стены, чёрный пол, разноцветные столы.