Ключ от Хинсидеса

Яблоневый сад определенно был самым уютным уголком имения, и Линусу очень хотелось показать его Линнее. Он мечтательно смотрел на старый колодец. Классический каменный колодец желаний. С ведром, воротом и всем прочим. Но мама запретила приближаться к колодцу. Боялась, что они туда упадут. «Это надо умудриться», – пробормотал Линус, но пообещал не подходить. Так что приходилось довольствоваться яблонями.

Линус захватил с собой книгу. Не какую-нибудь из странных книжек, пылящихся в библиотеке старого дома, а ту, которую привез из дому.

Книга оказалась очень интересной.

– «…он постучал палкой по прочной каменной стене. И вот, после тысячелетнего сна гора повернулась. Они нашли его! Сокровище тролля…»

– Ну, как вы тут устроились? – раздался голос у Линуса за спиной.

Линус подпрыгнул от неожиданности.

– Боже мой, прости, я не хотел тебя напугать!

Это был мужчина, у которого они накануне спрашивали дорогу. Старый садовник.

– Решил зайти узнать, не нужно ли вам что-нибудь. А еще угостить вас. – Он протянул Линусу целый пакет булочек с корицей. – Свеженькие. Только сегодня испек.

– Спасибо, – вежливо поблагодарил Линус, вставая.

– Меня зовут Арон. А твое имя?..

– Линус. А это Линнея. Мы близнецы.

– В этом нет никаких сомнений, – улыбнулся Арон.

– Приятно познакомиться, Линнея, – сказал он, осторожно положив свою сморщенную руку на ее предплечье.

Линус был рад. Большинство людей чувствовали себя неуютно в присутствии Линнеи. Либо таращились, либо делали вид, что вовсе ее не замечают.

– Как вам тут? – спросил Арон, с трудом поднимаясь.

– Хорошо, – поспешно ответил Линус. Бросив взгляд на темный дом, он добавил: – Дом такой… большой. И довольно… странный.

Арон понимающе кивнул.

– Да, Вильхельм – человек весьма необычный. У него было много самых невероятных идей. По дому заметно. Он ведь сам сделал чертежи, и это о многом говорит.

– А чем он тут вообще занимался? – спросил Линус. – Я нашел в доме странные предметы.

Арон пожал плечами; трудно было сказать, что он об этом думает.

– Точно не знаю, – ответил он и вдруг погрустнел. – Мы с Вильхельмом были хорошими друзьями, но даже мне он ничего не рассказывал.