Проникая в мрак

– Хорошая растяжка, – подчеркнул я, не в силах избавиться от мысли, что на ней практически не было одежды.

– Я еще и не такое могу.

– Покажешь? – решил я подыграть ей и тут же слегка ударил ее по щиколотке. Внутреннее чутье подсказывало, что еще не время применять силу в полной мере. Ее движения не заставили долго ждать. Ребром ладони, не больно, но ощутимо неугомонная клиентка ударила мне в кадык, не забыв ступней ударить между ног.

Мое тело согнулось, как лист бумаги для оригами. Терпимая боль пронеслась где-то в паху.

– Хорошо, ты выиграла. А теперь надень уже что-нибудь, – сдался я, не в силах больше играть в эти неуместные игры.

– Зачем? Ты же все равно ничего не видишь.

– Но чувствую, – не остался я без аргумента.

– А Мастер Хван неплохо тебя натренировал. Я бы не стала швырять в тебя бокал, не будучи уверенной, что он не превратит твое лицо в кровавое месиво.

А вот тут уже стало интересно. Мне показалось, что даже боль стихла, как только слова сорвались с ее языка.

– Мастер Хван? Какое ты имеешь к нему отношение?

Осторожно огибая осколки разбитого стекла, молодое тело плюхнулось в мягкий диван. До моих ушей донесся легкий замочный щелчок: вероятнее всего, одежда была легкой, невесомой. Я не услышал, как она легла на ее тело.

Внезапно на меня обрушился шквал непонятных эмоций. Мне захотелось увидеть ее лицо, и я не в силах был его представить.

Дочь, сестра или любовница? Кем она могла приходиться учителю? Я ничего не знал о нем такого, чего не должен был.

– Как тебя зовут? – вырвалось у меня из груди, хотя лучше было бы выгнать даму как можно скорее, пока персонал не посчитал, что мы слишком долго находимся вместе.

– Передай Мастеру Хвану, что Сяо Мэй безумно соскучилась по нашим тренировкам. Можно сказать, что некоторые приемы самообороны спасли мне жизнь.

Сяо Мэй встала. Резкий цветочный запах ударил мне в нос. Она была слишком рядом. Бархатная кожа сцепила мои руки, заставляя их касаться тонкой ткани. У нее была узкая талия.

– Теперь доволен? – по-лисьи спросила она. – Теперь на мне есть одежда.

– Очень мало одежды, – подчеркнул я, оттягивая руки назад, как от огня. – Значит, ты его ученица? – волна недоверия прошлась по мне разом. И если это было правдой, то как такая «вульгарщина» могла получиться в руках Мастера Хвана? Строгость, честность, невозмутимость. Три добродетели.