Мне холодно

Они не пришли ни к какому выводу, назначив ей еще с десяток анализов. Кира решила остановиться и больше не проверяться.

На протяжении всего времени, что живот уменьшался, муж угасал. Когда он понял, что ребенка действительно больше нет, то утратил всю свою энергию. Часто забывал гладить рубашки и ходил на работу помятый. Забросил тренировки. Он заботился о жене, старался проводить с ней время. Но она знала, что случившееся воздвигло очередную стену – выше всех, что когда-либо появлялись между ними.

Вещи, купленные для ребенка, все еще оставались в доме.

Каждый раз, когда Кира случайно кидала на них взгляд, ей становилось больно, словно они отщипывали от нее по кусочку. Наконец она собрала вещи в коробку и зависла перед ней. Выбросить или просто убрать?

Вдруг она ощутила взгляд мужа. Он смотрел на нее из коридора. Как долго он там был?

– Оставь. Может, у нас будут еще дети, – сказал он.

Киры почувствовала укол раздражения.

– И давно ты там подглядываешь? – спросила она.

– Просто увидел. Я тут тоже живу, вообще-то.

Он продолжал смотреть на нее.

– Что? – спросила она.

Муж, не ответив, ушел.

Кира старалась ложиться позже него, чтобы не приходилось разговаривать. Часто она приходила в постель, когда он уже спал – или притворялся, что спит. Кира старалась делать все бесшумно, чтобы не разбудить его. В такие минуты она вспоминала маленькую девочку, которая бодрствует рядом с то ли спящей, то ли неживой мамой, но старается быть как можно более тихой.

Это воспоминание всегда погружало ее в пучины одиночества.

Теперь Кира и правда думала, что она всех вокруг обманула. Муж, родственники, знакомые, врачи – все они что-то делали для ребенка, по-особенному относились к Кире. Она ощущала абсурдный стыд перед этими людьми.

К тому же ей было больно.

Раньше дети Кире не нравились. Она почему-то была уверена, что бесплодна. Но с беременностью неожиданно быстро пришла привязанность к новому человеку, которого она еще не знала и не видела.

Кира ждала этого ребенка. Эту девочку. Она вглядывалась в ее черты на нечетком УЗИ и гадала, каким человеком она будет. Кира по-своему, неловко, неумело привязалась к этому ребенку. Ждала его. Гладила живот и думала о маленьком существе внутри нее. А теперь ребенок исчез.

Снова и снова она вспоминала про холод, который поднимался в ней изнутри. После исчезновения ребенка она перестала его чувствовать.

На Киру нахлынуло острое одиночество.