Владетель Ниффльхейма

Он был не стар и не молод. Да и само лицо его отличалось какой-то совершеннейшей невыразительностью. Вершинин пытался разглядеть, запомнить, но у него не выходило, как будто бы лицо это, слепленное из тумана, постоянно менялось.

– Если вам необходимо имя, то называйте меня Варгом. А вот что мне от вас надо… Скажите, доктор, вы верите?

– В бога?

– В бога. В богов. Во вселенский разум. В высшие силы. В деньги. В удачу. В свободу слова или демократию. В бессмысленность жизни. Во что-нибудь, но только искренне.

– Я… не знаю.

– Жаль. Но у вас еще будет время поразмыслить.

– Да какое вам, собственно говоря, дело?

– Никакого. Хотя… глобальный интерес к вопросам веры. И частный – к вам. Я хочу побеседовать с вами о перспективах, – Варг и говорил-то тихо, почти шепотом, но несмотря на рокот мотора, Вершинин слышал каждое слово. – О ваших перспективах, доктор Вершинин. Вы ведь сами думали о них, верно? Вы хороший врач. Очень хороший.

– Благодарю за комплемент.

Холод пробирал до костей.

Шершавый язык его вылизывал кожу, стесывая до мышц, а там и до костей добираясь.

– И вот вы, хороший врач, по недосмотру судьбы застряли в никчемной больничке, которая если и держится на плаву, то сугубо благодаря вашим стараниям.

– Неужели?

– Именно. Вы выбиваете финансирование. Вы ищете спонсоров. Вы бьетесь, чтобы все это заведение работало, как следует, – легкие как снежинки слова слипались в сугробы обстоятельств. – Вы не виноваты, что усилия ваши не приносят результата.

Больница обречена. Она устарела. Она… дань истории, не более. И вы сами рискуете стать таким вот анахронизмом, существующим лишь по чужой милости. Не думали об этом, а Борис Никодимыч?

– Не думал.

– А зря. Но у меня есть вариант. Вот, – в льдисто-прозрачных пальцах появился прямоугольник. – Частный медицинский центр «Здравушка». Пост заведующего отделением хирургии. Для начала. Полгода и ваш организаторский талант оценят по достоинству. Пост директора и пакет акций позволят вам наладить жизнь не только свою, но и вашей бедной сестры.

Ей мало тех денег, которые вы отправляете, а совесть не позволяет вам брать больше. Другой бы взял. Но вы – честны. И это тоже станут ценить…

Прямоугольник жег руки холодом.

– Решайтесь, Борис Никодимыч, решайтесь, – Варг улыбался, демонстрируя зубы – белые треугольники, приклеившиеся к бесцветным деснам. Разве у людей бывают подобные зубы?

– А взамен что?

– Сущая мелочь.