Уж замуж невтерпеж

 – Не с комара, конечно, но с крупного шмеля будут. Они питаются цветочным нектаром.

– Да? Стало быть, не врал. Тот остров окружали воды, но когда корабли приблизились к нему, море взъярилось, и подняло волны столь великие, что корабли были на них подобны щепкам в руках детей. Обнажилось дно морское. И с него восстали чудовища превеликие.

Тогда-то, чувствуется, славный викинг, как бы это выразиться, осознал, что был немного не прав.

– И позабывши о гордости, он встал на колени, и молил пощадить братьев его по крови и тех, кто пришел следом, обещая, что сам останется служить, богам ли или же той, которая была ими избрана.

– Это описано. Чудо смирения варваров, – заметил Светозарный.

– Сам ты варвар, – прогудел заросший черным волосом викинг и весьма выразительно погладил топор. Вот интересно, с топором к обеду, это норма этикета или уже нет?

– Она явила себя им. И говорила с моим предком. И желала ему удачи, а еще подарила деву с волосами золотыми и кожей белой, словно снег, сказав, что вот она, которую должно беречь и почитать.

– Если в-верить хроникам, – человек в камзоле погрозил варвару пальцем и тот убрал руку с топора, даже, как мне почудилось, слегка смутился. – У Кессарии имелись сестры…

– Одна из которых стала женой князя Вессарского, Иннора…

– Иннора Великого, – поправила Летиция.

И парик тоже. Съехал он немного. Самую малость. А вот от поправки тоже съехал, но уже на другую сторону, отчего вид у прекрасной принцессы стал несколько разбойничий.

– Первого государя Ладхемского…

– А другая, – продолжил Светозарный. – Вышла замуж в страну снегов, где и кровью своей благословенной принесла весну в край вечных морозов.

– У Иоганна Благостного была супруга из далеких краев, – Мудрослава чуть склонила голову. – Интересно… получается.

Очень интересно.

И выходит… а что, собственно говоря, выходит?

– Все просто, – прогромыхал знакомый голос. И все обернулись. А рябая девица и рот разинула да так, что я заволновалась: как бы она челюсть не вывихнула ненароком-то.

Командор Лассар, конечно, на людей неподготовленных впечатление производил.

И ладхемцы в алых мундирах поспешили вытянуться, островитяне вновь к топорам потянулись, а старший из числа степняков руку на плеть положил.