По ту сторону жизни

Гулять по ним я бы не советовала, пусть и выглядели они зелено и нарядно. По весне шейхцерия зацветала, и от болотных пустошей вообще было глаз не оторвать, но… сколько там сгинуло народу, и думать не хочется. Несколько раз городские власти выступали с инициативой осушения, но я ее по понятным причинам не поддерживала. Нет, мешать не мешала – на муниципальной земле власти могут хоть сушить, хоть золотом расплавленным заливать, но и денег не дала. А без денег инициативы почему-то глохли.

В болота инквизитор не полез.

Уже хорошо.

– Мы просто желаем узнать, – голос тетушки Нинелии был тих и полон смирения. – И вправду имело ли место чудо…

– Я… скажу… позже.

Инквизитор шмыгнул носом. И оглушительно чихнул. И снова чихнул.

– И… извините…

Он опять шмыгнул носом и совершенно неинтеллигентно вытер его о грязный рукав. Огляделся…

– Присаживайтесь… устали?

Устал. И готов не то что сесть, упасть в кресло, но треклятая гордость мешает жить.

– Боюсь, моя одежда…

– Бросьте, – я позволила себе быть любезной.

В конце концов, от этого человека зависит моя судьба. Нет, я далека от мысли, что подобная мелочь заставит его наступить на горло долгу и полученным инструкциям, но… нам еще довольно долго терпеть общество друг друга, и в отличие от родственников его я из дому не выставлю.

А потому зачем портить отношения?

– Садитесь. Потом почистят… Может, стоит послать кого-то за целителем? Наш климат коварен, не стоит обманываться теплом…

– Тепло? – возмутился Диттер.

Ну… как для кого, для местных сегодняшний день был скорее теплым, хотя бы ввиду отсутствия пронизывающего ветра.

Да, курорт у нас специфический.

– Вполне, – заверила я. – Но все равно промозгло, а это, знаете ли, весьма способствует всякого рода простудам.

– Я заметил.

– Они уже спелись, – зашипела тетушка Фелиция, пихая Мортимера в бок. – Сделай что-нибудь!

– Что, например?

Ссориться с Инквизицией дядюшка не будет, а потому поостережется лезть ко мне… во всяком случае, пока не будет всецело уверен, что это сойдет ему с рук.

А он приготовился. И амулетик свой снял. Надо же, я и не сразу заметила. Правильно, старший дознаватель – лестно, что птицу столь высокого полета не пожалели – это вам не начальник местной жандармерии.

Мои губы сами собой растянулись в улыбке.

А ведь не знают… ни начальник упомянутый, ни мэр, ни прочие особы положения высокого… достаточно высокого, чтобы время от времени портить жизнь одной милой девушке.

Подали чай.