Иван-царевич и хрустальная гора

На Ивана смотрит,

Всё на свете помнит.

Иван его спросил,

Собрав остатки сил:

«Ворон Воронович,

Ты летаешь,

Всё на свете знаешь.

Скажи, где царевна-краса,

Без неё мне в жизни тоска».

Ворон на него не взглянул,

Лишь о гору носом долбанул.

Иван глядит:

Под сколовшимся льдом

Царевна в хрустальном гробу живёт!

Дыханье в розовых устах,

Чуть тепли?т жизнь в ланита?х.

Она жива и не жива,

Вся во власти смертельного сна.

Что же делать, как же быть?

Как царевну разбудить?

Иван с тоски заплакал,

А Ворон ему прокаркал:

«Твой путь лежит на север,

Туда, где гуляет ветер,

Где синие льдины от холода стынут.

Твоя судьба тебя зовёт.

Сбирайся сейчас в поход.

Там Баба Яга тебя ждёт.

Ответ она найдёт.

И в страшном ненастье

Найдёшь ключи от счастья».

Иван его благодарит,

Подарки ему сули?т.

Ворон каркнул только

И взлетел легонько.

А с высоты сказал,

Напутствие давал:

«Там, где всего страшнее, —

Верить надо сильнее».

Иван голову задрал,

Спасибо Ворону сказал.

Обмороженные руки

И пустое брюхо —

Вот с этим запасом Иван

взял курс на Ледовитый океан.

Между гор, между дол,

Бежит белый конь.

Он бежал, бежал,

На дорогу широку попал,

Ту, что течёт – не вытечет,

Ту, что бежит – не выбежит.

Там братцы в воду глядятся.

В воду глядятся, ввек не сойдутся.

А Иван на коня сел,

На коня сел, седло на него надел.

По той дороге поскакал,

Чудеса увидал.

По дороге едучи,

А следа за ним нетути.

Это присказка была,

Только умному она

Сможет подсказать,

Где Ивана нам искать.

У Ивана сил нет обернуться,

Не домой же теперь вернуться.

И Иван на лодке поплыл,

А живот его с голода ныл.

Вдруг видит – белуга

На мель выброшена вверх брюхом.

Он к ней бежит,

От радости кричит:

«Я голоден ужасно».

На белугу смотрит зверообразно.

А она ему: «Не ешь меня.

Я пригожусь – не пройдёт и три дня».

От голода Иван умирает,

Но в воду её толкает.

А она на него посмотрела,

Хвостом помахала.

Хвостом махала,

В глубину убегала.

Дальше царевич плывёт,

Ни жив ни мёртв, но идет.

Хорошо, что лодка сама

С теченьем к океану несла.

Наконец он к берегу пристал.

Поклажу свою в руки взял.

Глядит – пред ним дорога,

Которая – кабы встала – небо достала,

Кабы руки – вора связала,

Кабы ноги – коня догнала,

Кабы глаза – увидала,

Кабы язык – рассказала.