Почти цивилизованный Восток

Благо рядом с кроватью поставили серебряный таз, в который Чарльза и вывернуло. Судя по тому, что большей частью желудочным соком, он не просто пил мало, он почти ничего и не ел.

Он дотянулся до колокольчика.

И слуга возник тотчас.

– С пробуждением, господин, – сказали Чарльзу вежливым равнодушным тоном. – Ванна? Завтрак?

– И одежда. – На собственной виднелись преподозрительные пятна. – Что вчера было?

– Вы изволили рассказать о своих приключениях. Члены клуба решили, что это стоит отпраздновать.

Подробности? Это не у обслуги узнавать надо. Здешняя отличается похвальной молчаливостью и полным отсутствием любопытства.

– П-понятно. – Чарльз с трудом, но поднялся. До ванной комнаты он доковылял.

Все-таки чем он вчера… Память похожа на лоскуты. Вот он поднимается по лестнице, и молчаливый швейцар, поклонившись, открывает тяжелую дверь.

Внутри пахнет дымом.

Виски.

Еще чем-то… запах сладковатый, смутно знакомый. Опиум? Нет, быть того не может. Все-таки среди членов клуба огромное количество магов, а они не стали бы травить себя.

Или стали бы?

Если то, что рассказал Эдди, правда… а оно не может быть правдой. Или может? Чарльз уже ни в чем не был уверен. Он залез в ванну и закрыл глаза. И лежал так несколько минут, пытаясь сообразить, что же сказать жене и маменьке.

Надо возвращаться.

И выбраться из ванны. Из клуба тоже… только сперва привести себя в порядок, благо здесь это несложно. Боль постепенно отступила, а с нею и слабость, сменившись каким-то диким, неестественным чувством голода.

Завтракать Чарльз решил внизу, в малой гостиной.

– О, доброго утра, Чарли! Вижу, ты уже пришел в себя… – Эдвин поднялся навстречу.

Виконт.

Наследник. Его отец… кто-то там важный, почему-то даже с легкой головой не получалось сосредоточиться. Главное, что Эдвин всегда был душой компании, что в университете, что на службе.

Или в клубе.

Он, к слову, и выглядел, в отличие от Чарльза, прилично. Даже слишком.

– Что это было? – Чарльз слегка поморщился, будто от боли.

– А много и не надо. – Эдвин улыбнулся шире. Еще немного, и щеки треснут. – «Слезы сиу» – редкая штука.

Что за…

Чарльз глянул вопросительно.

– Да уж, ты весьма долго отсутствовал… хотя и прежде к нам не слишком часто заглядывал. Садись. Голоден? Помнится, я в первый раз после пробуждения ел и ел, ел и ел. Думал, никогда не наемся.

От него пахло свежестью и хорошей туалетной водой.