Оплот добродетели

Не будет же она убивать прямо здесь? Это, в конце концов, подозрительно… и вообще… нужно взять себя в руки. Он взрослый, серьезный человек. Он не станет паниковать по пустякам. Вдохнет поглубже, постарается улыбнуться, насколько это вообще возможно в его ситуации. И будет тихонько сидеть, предоставив Кахраю честь общаться с сомнительной этой особой.

Пальцы заскребли по подлокотнику, и мох поспешно отозвался, потянулся к ним, облепил бледными нитями, поглощая кожный жир и налипший мусор.

Вот же…

И кто придумал, что это удобно? Ощущение было, словно тебя жрут.

А главное, девица остановилась в центре гостиной и замерла, уставившись куда-то на стену. Затем взгляд ее переместился к дверям в туалетную комнату, в спальню, явно отмечая расположение их. Поднялся к потолку, скользнул по стенам… Ищет скрытые охранные системы?

По позвоночнику побежал холодок.

И вправду профессионалка.

– А вы когда-нибудь играли на бирже? – вдруг поинтересовалась девица и вперилась немигающим мрачным взглядом, который совершенно не вязался с ее наивным личиком.

Лотта нервничала.

Определенно.

Ей раньше не случалось оставаться наедине с мужчиной. То есть случалось, конечно, но дворецкий, и лакеи, и даже директора – это ведь совсем не то, что сейчас.

А сейчас… да, она действительно нервничала, потому что ее разглядывали. И известный ученый, который с прошлого раза не стал выглядеть более живым, и его… сопровождающий.

Именно.

И так внимательно. Очень внимательно. Слишком даже внимательно, отчего у Шарлотты появилось почти непреодолимое желание немедля вернуться к себе, потребовать нитку с иголкой или одежный клей и запаять треклятые разрезы на юбке.

А то ведь то колено в них вывалится, то даже бедро, и до самой резинки чулок. А блузка, в собственном номере Шарлотты сидевшая вполне плотно, едва ли не монолитно, вдруг стала съезжать, и главное, потихоньку так, то с левого плеча, то с правого, то сразу с обоих, грозя поставить Шарлотту в вовсе уж неудобное положение.

И, нервничая, она ляпнула глупость.

Хотя, конечно, блокировка возможности переключения каналов на внутренних экранах в люксовой палубе – это совсем даже не мелочь, это вопиющая бесхалатность и неуважение к пассажирам.

А потом эти люди еще на убытки жалуются. В туристической сфере конкуренция сейчас запредельная, каждая мелочь важна. Лотта заставила себя тряхнуть головой и отложить возмущение до тех пор, пока не появится возможность поработать. А сейчас…

Она вздохнула.