Однажды в Лопушках

И будешь Васятка Безухов, великий герой местечкового эпоса.

Обиделся по-настоящему и засопел громко-громко.

– Вась, это не шутки, – ухо я выпустила. – Ты понимаешь, что если вдруг…

Горло перехватило.

Мы ведь тоже ходили к бочагу. Даже уж не помню, по какой надобности, и вовсе, когда это было, но зато помню развалины старого дома. И разросшийся шиповник с огромными колючками. Пологие, какие-то скользкие берега, будто нарочно, чтобы тот, кто ступит, скатился к темной глади воды, а то и вовсе в неё рухнул.

Черное зеркало.

Злое.

И все одно не способное отразить хоть что-то. Мы… не решились, ни я, ни Линка, а Ксюха, поведя носом, сказала:

– Дурное место.

Так и ушли. Васятка же… заерзал.

– Или мне говори, или дядьке Святу. А от него, сам знаешь…

– Предательница!

– Вась, – я погладила мягкие вихры. – Одно дело всякая ерунда, а бочаг – это серьезно…

– Между прочим, там некромант завелся!

– В бочаге?

– В старом поместье.

– Вась…

– Вот честное слово! Чтоб мне землю жрать, если вру! – он даже сел от возбуждения.

– Успокойся, – я широко зевнула и тоже села. А чего валяться. Уснуть уже не усну, да и с бочагом разобраться надобно. Васятка, конечно, шебутной пацан, но нельзя сказать, чтобы вовсе безголовый. И стало быть, не по своему почину к бочагу поперся.

– Всамделишний!

– Хорошо, – я почесала шею, подумавши, что теперь весь день буду ходить и скребстись. Вона, руки поцарапанные, да и под ногтями грязюка.

Красавица, нечего сказать.

Я потянулась и сказала:

– Отвернись.

– Чего я там не видывал, – Васятка все-таки отвернулся и поерзал. – Так ты мамке не скажешь…

Надо бы.

Бочаг – это… это не то место, куда детям можно. Неправильное оно, нехорошее. Но и я когда-то к нему бегала, хотя и не рискнула окунуться. И… и надо бы выяснить, в чем дело. А потому, натянувши старые разношенные джинсы, я велела:

– Рассказывай.

– Про некроманта?

– Про спор ваш.

Васятка засопел и гордо отвернулся, всем видом показывая, что ни слова не промолвит.

– Небось, с Тимохой?

– А ты… ну… с ним, – Васятка понурился.

А я мысленно кивнула. Угадала. Да, в общем-то, гадать тут особо нечего. Тимоха – еще та зараза, куда большая, чем Васятка. Сынок нашего… предпринимателя, который в Лопушках лавку держит, а еще землицы прибрал, сумел как-то через Путришковский сельсовет, уж не знаю, кто там ему знакомый, но выделили прилично.