О бедной сиротке замолвите слово

Похоже, и вправду дело в некотором перенапряжении.

– Послушай, – не то чтобы мне было дело до эмоций Мелиссы. Сестринской любви я не испытывала, желания броситься на шею и поплакать всласть и подавно, но… мне здесь еще учиться. А Мелисса в универе уже три года как мается. Друзьями обзавелась. Знакомыми. И следовательно, способна изрядно осложнить мне жизнь, что будет совсем уж лишним. – Это ведь не я сюда пришла… меня сюда притащили, к слову, не слишком спрашивая, хочу ли я этого…

Молчит.

И к окну отвернулась, демонстрируя мне затылок и косу.

Я присела на кровать и с наслаждением потянулась.

– Но раз уж так вышло, то я не собираюсь упускать свой шанс… от вас мне ничего не надо, ни от мамаши твоей…

Мелисса стиснула кулаки.

– Ни от папочки… козел он, а с козла, как известно, удои хреновые…

– Ты… как ты смеешь так…

– Ой, да ладно… слушай, расчески не найдется? Бесит, когда волосы дыбом торчат…

– Ты… – Мелисса вскочила. – Тварь неблагодарная! Да тебя… взяли в дом… а ты… взамен… ты…

– Расческа, – повторила я, пригладив торчащие кудри.

Волосы у меня вились не сказать чтобы сильно, но порой это их свойство доставляло неудобства. – И щетка зубная с пастой. Или здесь имеются свои? А в остальном… о моем существовании не вспоминали двадцать с хвостом лет. И не вспомнили бы, если бы не дар.

Расческой она в меня швырнула, но я поймала и сказала:

– Спасибо… у меня, к слову, своя жизнь имелась. И планы… и вообще я привыкла сама…

Мелисса тяжело дышала. Ноздри точеного ее носика раздувались.

Губы побледнели… кулаки сжаты, того и гляди, бросится.

Нехорошо бросаться на больных.

– А что неблагодарная… так за что благодарить? Твоя мамочка меня едва не прикончила. Она ведь знала, чем обряд чреват. И может, рассчитывала, что я, дурочка этакая, скончаюсь… всем бы легче стало…

– Неправда!

– Ну конечно… не стало бы… объясняйся, с похоронами возись… да, тоже кое-какие издержки… но ладно… бабуля моя… то есть наша, конечно… кстати, ты ее не боишься?

– А надо?

– Не знаю… мне вот было бы стремновато чаи распивать с человеком, который тебе мозги перекроить способен, – расческа была частой, а потому в волосах застревала.

Надо бы постричься, но… во что это встанет?

Кроме того, я не видела, чтобы местные девицы со стрижками ходили. Может, конечно, и не запрещено, но не принято.

А мне и без волос найдется чем людей позлить.

– Опоит, как папеньку, и замуж выдаст…

– За кого? – ошеломленно спросила Мелисса.