О бедной сиротке замолвите слово

 – И никто никогда не скажет, что наш брак незаконен. Понимаешь?

Она кивнула, не сводя взгляда с нагромождения валунов, среди которых то тут, то там виднелись статуи. В отличие от храма их время не тронуло.

– Ты же понимаешь, что иначе нам не позволят…

– Д-да… – она обернулась. – А ты… ты уверен?

– Конечно.

Его начала раздражать эта нерешительность.

– Но если ты не готова… я не могу держать портал вечно.

И она решилась.

Один шаг.

Всего один шаг, и иллюзия задрожала, осыпалась ворохом разноцветных искр.

Девушка лежала, распластавшись на каменных плитах. Ее изломанная фигурка с высоты седьмого этажа гляделась ненастоящей, кукольной. Ручки-ножки, кружевное платьице, волосы светлым ореолом… даже в чем-то красиво, правда, он понимал, что эта красота – тоже иллюзия.

Стоило поспешить, а то мало ли…

Шлюха свое заслужила, но что-то подсказывало, что законники с такой постановкой не согласятся.

Глава 1

– Ну ты и с-стервь, – сказал Вадик, потирая ушибленное колено.

– А то! – Я пнула его по голени, уже без особого раздражения, но так, для острастки, добавив: – В следующий раз вообще яйца оторву…

Я вывернулась из теплых Вадиковых объятий.

Тоже мне… если мы пару раз прогулялись по парку, то теперь, значит, руки распускать можно? Я вытерла губы, раздраженно подумав, что день определенно не задался.

Сначала у мамашки приключился внеочередной приступ глобального чувства вины передо мной, которое она выплескивала в слезах и причитаниях. А значит, и думать нечего, к вечеру дозу найдет. И хорошо, если чего легенького, что только мозги отключит.

Надеюсь, хоть дружков своих на хату не потянет.

А с другой стороны, Танька всегда была не против поменяться на ночь.

Из дому я убегала, рявкнув, чтоб мамашка и не думала ширяться, потому что… просто потому, – ей мои аргументы до одного места.

Сбегала так быстро, что не разминулась с Софкой с первого этажа. Да и немудрено, в Софке два центнера весу, которые дорогу перекрывали надежней, чем холестериновая пробка сосуд. Характер у Софки соответствующий весу. Наши ее вообще ведьмой полагали, а потому относились уважительно, чем окончательно разбаловали.