Невеста

Неподъемны стали веки тяжелых гардин. Скрипел паркет, трещины ползли по стенам, разрезая каменные пласты отделки. И вездесущая пыль, будто седина, покрывала вещи. Дом сдавал комнату за комнатой, и стонами, вздохами жаловался призракам на хозяйское равнодушие.

Слуги же, улавливая его настроение, не спешили помогать старику.

Конечно, будь жив степенный Мангстрэйм, бессменный мажордом, он не допустил бы подобного произвола. Но Мангстрэйм ушел, следом за ним – и его супруга, пятьдесят восемь лет служившая при доме экономкой, а Виттар так и не удосужился найти замену.

Впрочем, он и не пытался: не до того было.

Виттар заставил себя остановиться перед зеркалом, чья поверхность помутнела. Отражение выглядело расплывчатым, словно бы по ту сторону стекла стоял призрак, и спокойно расстегнул все восемнадцать пуговиц на кителе.

Пуговицы были квадратными и неудобными, с трудом проходившими в узкие петли, оттого простейшее действие это требовало полной сосредоточенности. Китель он аккуратно повесил на спинку кресла, поправил лацканы и манжеты.

Успокоение не приходило.

И контроль над собственным телом давался с трудом. Живое железо стучало в виски, требуя свободы. Враг. Нужен враг.

Кровь. Смерть.

Охота.

След, чтобы яркий и по земле. Погоня. Бег, который закончится схваткой. И скрежет когтей по стальной броне. Визг добычи. Треск плоти в тисках челюстей.

Агония зверя.

Или не совсем зверя.

Живое железо требовало свободы. Ненадолго… ведь легче станет, если Виттар поддастся, послушает себя, позволит то, на что имеет полное право.

Не бешенство – он же не теряет разум, вполне отдает себе отчет во всем, что собирается делать, – но справедливая месть. Жизнь за жизнь. Честный размен.

Чья жизнь?

Какая разница. Главное, что не одна. Одной недостаточно.

В этом и дело, что никогда не будет достаточно. И Виттар не без труда подавил шепоток железа. Здесь ли, разрешенная, либо же за Перевалом, но охота не принесет ничего, кроме усталости и эйфории, которые продлятся несколько дней, напрочь лишая способности мыслить разумно.

Самоконтроль спас в Каменном логе.

Позволил удержаться на краю после того, как крепость Гримхольд пала. И позже, когда стало ясно, что Оден жив, и все четыре с половиной года. И допустить срыв именно сейчас?

Невозможно.

Виттар заставил себя навести на столе порядок.