Моя свекровь и другие животные

Лицевая часть черепа вытянута, при этом рельеф сглажен, отчего голова напоминает дыню. Конечно, если бы дыни были покрыты мелкой чешуей. И обладали двумя парами глаз.

Карих.

С длиннющими ресницами.

И взгляд-то проникновенный, печальный, будто известны добропорядочному рептилоиду все мои неприглядные мысли.

Голова эта сидела на тонкой подвижной шее, которая, не иначе как под тяжестью оной головы, слегка прогибалась. И кожа на ней морщила, обвисала бледным мешочком-зобом, который быстро и часто пульсировал.

Я отметила узкие плечи.

И непропорционально короткие передние конечности о трех пальцах.

– Мой облик внушает вам отвращение? – меж зубами мелькнул длинный язык. – Это инстинктивная неприязнь, которую вы со временем преодолеете.

А, и костюмчик сменил.

Теперь на этой жертве моего воображения был многослойный балахон из полупрозрачных тканей всех оттенков розового.

И лиловый бант на шее.

Понятно, кто обстановкой в комнате заведовал.

– Да… в общем-то… я толерантна, – поспешила уверить я.

– Псевдооблик, – ксенопсихолог все же вошел в комнату целиком, включая длинный мускулистый хвост. Свернув его крючком, он оперся на него. Сложил трехпалые лапы на груди.

А задние, куда более мощные, выставил.

– Мы не хотели вас пугать, – доверительно произнес он и зубы облизал. – И посчитали, что при первом контакте вам будет удобней беседовать с особями своего вида.

– Спасибо за заботу.

Все же галлюцинация или нет, но воспитание никто не отменял.

Мало ли.

– Я рад, прекрасная Агния-тари, что вы столь спокойно отнеслись к переменам…

Ну, поистерить я, конечно, тоже могу. Только какой в этом смысл?

– Признаюсь, мы все испытывали определенные опасения. Ваш мир относится к числу закрытых…

Я слушала и кивала.

Закрытый.

Конечно.

И открывать его не надо. Не хватало, чтобы всякие рептилоиды по нему шастали, и не только, подозреваю, они.

– …Что в свою очередь говорит о высоком уровне агрессии и низких социально-адаптивных возможностях…

А умные у меня глюки.

– …И тем приятней осознавать, что нам повезло с вами, – он вновь улыбнулся и коготь меж зубов сунул. Будь когти не такими острыми, а зубы – не такими длинными, это выглядело бы мило.

– Рада, что вы рады, – я перевела взгляд на окно, за которым с прежней унылой сосредоточенностью разгуливала красноглазая корова.