Моя свекровь и другие животные

И не в прямом сходстве, все-таки мой гараж, помимо «Волги» и столика с инструментами, вмещал лишь старый шкаф, где я хранила закатки, а в нынешнем потолок завис метрах в трех над головою. Но вот было что-то общее… было… может, запах металла? Смазки? Вообще техники? Или столбы эти, на которых потолок держался, покрытые листами металла.

Брутальненько.

Общий серый цвет.

Уныло.

И ощущение того вечного хаоса, который мужчины горделиво именуют рабочим порядком. Ага…

Мы с унитазом и бачком стояли прямо в центре этого не то ангара, не то гаража.

Нет, не было ни щупалец, ни жабр, ни жвал с хитином.

Скорее уж странна троица была своей обыкновенностью. Все же после столь феерического подъема душа требует продолжения банкета, а тут тебя встречают люди в сером.

Наш начальник такие костюмчики зело любит. Врет, что в Англии шьют, на заказ. Ага, я своими глазами видывала, как он на рынке прикупал очередной. Двубортный пиджачишко с подбитыми ватином плечами и зауженной талией, чтоб, значит, фигура обрела нужную мужественность.

Белые рубашки.

И розовые галстуки. Пожалуй, именно насыщенный оттенок розового и примирил меня со странной троицей.

– Вы есть Кропоткина Агния Николаевна? – тщательно проговаривая каждый слог, произнес средний. Он был выше прочих на полголовы и, помимо костюма, имел еще шляпу. Правда, держал ее под мышкой.

– Да, – ответила я.

И не удивилась, когда инопланетный тип вытащил из кармана паспорт.

Мой паспорт.

Я б его из сотни узнала по пожеванным страничкам и мятой обложке.

Раскрыл. Уставился на снимок.

На меня.

И снова на снимок.

– Да я это, – говорю. – Честно.

Хотя, конечно, его сомнения мне понятны. Фото в паспорте – извечный предмет печали. Мое и вовсе получилось жуткеньким. Волосы в стороны торчат. Личико махонькое. Глазки прищурены… я не виновата, что фотограф свет поставил так, что у меня моментом глаза заслезились.

Нет, в паспорте я еще та красавица.

– Данная особь говорит правду, – произнес левый тип и носом дернул.

– Поздравляю, – центральный закрыл паспорт и протянул мне. Пришлось отпустить бачок – в конце концов, похоже, нам пришла пора расстаться – и взять документ.

Свинство, конечно.

И возмутиться бы произволом, но, чую, не поймут.

Паспорт я сунула в декольте, пожалев, что вместо привычных штанов, где карманов два десятка, надела костюм.