Ловец бабочек. Мотыльки

– С какой целью?

– А вы, многоуважаемая, никогда не делали мужчинам подарков? И если делали, то с какой целью? – взгляд ее насмешлив.

И Катарина понимает – ничего-то они не добьются.

– У Роберта вся одежда стара. Дрянь, а не одежда. Мне неприятно было видеть, что он ходит в лохмотьях. Это преступление?

Нет.

И она прекрасно знает, что при всем желании их, обвинить ее не в чем.

– Где вы взяли эту рубашку? – Катарина злилась. На эту вот женщину, которая смотрела на Катарину с издевкой, мол, зря стараешься.

– Купила.

– А вышивка?

– Вышила.

– Сами?

– Сама, – она достала часы на цепочке. – Это запрещено?

– Нет.

Кабинет крохотный.

Чистый.

Стерильный даже. И занавесочки здесь обыкновенные, казенные с синим штемпелем в углу, который на этой белизне выделяется ярко, этаким клеймом приуроченности. Стол. Пара стульев.

Неуютно.

Ни цветов, ни снимков. Хотя, пожалуй, собственное рабочее место Катарины выглядит немногим лучше.

– Вы знаете, что за узор вышили?

– Обыкновенный, – Марена повела плечом.

…и ведь найдется тетрадь. От бабушки ли, от дедушки, не важно, главное, предъявят ее по первому требованию и со всем возможным почтением. И даже возражать не станут, если случится нужда изъятие оформить, а то мало ли, какие узоры там будут.

– Я взяла два…

…и переплела их между собой таким вот случайным образом, что случайнее некуда… а эффекты… кто мог знать?

– …мне хотелось сделать Роберту приятное.

– И только?

– В чем меня подозревают? – она откинулась на стуле и руки вытянула. Руки вот красивые, узкие ладони, тонкие пальцы, такие, кажется, называют музыкальными. И Катарина не удивилась бы, узнав, что женщина эта неплохо играет на пианино.

Или еще на чем-нибудь.

Музыкальная школа – это так естественно…

– Нет. Пока нет.

– Тогда к чему этот тон? Не возражаете, если закурю? Хотя… если и возражаете, это сугубо ваши личные проблемы… кстати, молодой человек, не желаете ли пройти освидетельствование?

– Зачем?

– Вам незачем, а мне любопытно… – она вытащила серебряный портсигар.

Сигаретки тонкие коричневые.

Такие не купишь в магазине, верней, в простом не купишь.

– Пациент отблагодарил, – пояснила Марена. – К слову, у меня много пациентов… всяких…

Дым пах шоколадом. Мягкий оттенок, обволакивающий.

– Убили девушку, – хвост князя щелкнул, и в этом Катарина увидела признак раздражения.