Ловец бабочек

– Нет, – Себастьян дал мысленное обещание отыскать доброхота, который этакий подарочек ему оставил и лично объяснить, отчего новое начальство сюрприз не оценило.

– Как же… как же… – Мимиров дернул носом. – Сперва пирожные… потом коньячки… а там уж и конвертики… будьте уверены, я молчать не стану.

Вот в этом Себастьян совершенно не сомневался.

Сегодня же напишет кляузу в Познаньск. И про коробку злосчастную. И про коньячки придуманные. И про конвертики… хоть и вправду бери, чтоб не так обидно было.

– Вотан милосердный, – панна Гуржакова ткнула кляузника острым локоточком в бок, – да что вы за глупости тут вещаете! За между прочим, наш воевода честнейший человек.

– Не человек, – на сей счет у пана Мимирова имелось собственное мнение.

– Человек!

А вот панна Гуржакова оказалась не способна к восприятию каких-то там мнений, которые имеют наглость отличаться от ее собственного.

Дочка ее, просочившаяся в кабинет, воззарилась на Себастьяна. Смотрела она печально, обреченно даже, и он не выдержавши, взгляд отвел.

– Деточка, – панна Гуржакова опомнилась и, подхвативши дочь под локоток, подтянула ее к Себастьяну, подтолкнула и с такою силой, что девица едва не упала. Верней, упала бы, не подхвати ее Себастьян. – У тебя же дело к воеводе…

У бедняжки дернулся левый глаз.

А у Себастьяна правый.

– Какое дело? – мигом поинтересовался пан Мимиров, тронувши бант пальчиком.

– Личное! – ответила генеральша, гневно блеснув очами.

– Личные дела надобно решать во внеслужебное время…

– Вотана ради! Не будьте вы таким занудой… и вообще, дело личное, но и служебное… – панна Гуржакова не намерена была отступать и, подхвативши кляузника под локоток, потащила его к двери.

Увы, у Провидения были собственные планы.

– Доброго утра, – пропели от двери.

И Себастьян обреченно закрыл глаза.

Уволится.

Все одно контракт истек, а новый он подписал обычным, без крови… и если так, то приказать ему не смогут…

– А мы вот ехали мимо… – панна Белялинска вплыла в кабинет, в котором и без того стало тесно.

– А у вас тут светская жизнь кипит-прямо, – предовольным тоном произнес пан Мимиров, высвобождаясь из цепких рук генеральши.

– И ехали бы… – недовольно произнесла последняя, окидывая извечную соперницу свою ревнивым взглядом.