Коммуналка: Добрые соседи

Дивы не рядятся в такие вот, клетчато-нелепые одежды, если у них есть хоть какой-то выбор.

В общем, дива была.

И дива была до крайности неправильной, что, несомненно, роднило ее с дочерью, которая вот не испытывала ни страха, ни сомнения, но одно лишь детское всеобъемлющее любопытство. Его она и не скрывала.

А так… та же тощая длинная шея.

Худые руки с обветренной сухою кожей, что тоже само по себе невероятно.

Светлые брови, что терялись на светлой коже. Полупрозрачные глаза с прозеленью. И волосы тоже с прозеленью, но неявной, этаким налетом на благородной платине.

– Извините, – дива опустила взгляд и съежилась еще больше, отчего у Свята появилось стойкое желание с кухни убраться, но он его переборол.

О диве известно было до крайности мало.

Откуда она здесь появилась? И как жила?

И, главное, не с нею ли, такой вот обманчиво-беззащитной с виду, связался объект?

– Это вы меня извините, – Свят улыбнулся еще шире, надеясь, что улыбка его выглядит в достаточной мере беззаботною. – Я подумал, что раз все ушли, то можно и чаю попить.

– Не возражает, – ответила Розочка. – А чайник горячий, кипел недавно. А что у тебя к чаю есть?

– Вас, – поправила ее Астра.

– Вас, – поправилась Розочка, но скорее, чтобы матушку не расстраивать, нежели и вправду из желания проявить вежливость.

– Сушки. Пряники, правда, наверное, немного черствые уже.

– Тогда их нужно съесть.

– Роза!

– Что? Испортятся же. Ты сама говорила, что нельзя допустить, чтобы продукт испортился.

– Откуда? – как-то обреченно поинтересовалась Астра, размешивая в кружке давно растворившийся сахар.

– Так вчера еще тетя Аня дала, сказала тебя накормить, как проснешься.

– Действительно, с пряниками надо что-то делать, – разговор явно не ладился, несмотря на все желание Свята вызвать симпатию. То ли не действовали его способности на диву, то ли именно эта дива слишком уж недоверчиво относилась к посторонним, чтобы допустить и тень симпатии, но вот не ладился и все тут.

И чувствовалось, что, дай ей волю, она тотчас спрячется в раковине собственной комнаты и носу оттуда не высунет, пока Свят куда-нибудь да не уберется. А допустить этого было нельзя.

Пакет искомых пряников, которые, если и зачерствели, то лишь сверху, сохранивши мягкое, пахнущее специями нутро, занял место на столе. А пока Свят отсутствовал, на этом же столе появилась солдатская кружка, в которую и заварки насыпали, и кипятку налили.