Жулик

Почувствовав мои руки и передумав блевать, она потянулась ко мне губами. Не полагаясь на случай, я отстранился и смело полез ей под юбку. Девка развела ноги, но дверь открыла Блудова.

? Как у тебя встал на нее: ни сисек, ни рожи!

Я не стал объяснять, что уродство иногда возбуждает, и, дождавшись первого метро, повез Блудову в наш клоповник. Мстя за измену, Марина вытянула из меня все до последней капли.

Несмотря на затяжную весну, контуры предстоящего лета с каждым днем вырисовывались все четче. Поглощенную сексом Блудову выгнали из Плешки, и, маясь от безделья, она трахалась с удвоенной энергией.

Встречаться с ней надоело, и на каникулах я мечтал разнообразить личную жизнь. Мне повезло: родители подарили путевку на юг. Радость омрачала задержка у Марины месячных, хотя это у нее случалось и раньше. Расценив факт, как временную неприятность, я умчался навстречу новым приключениям.

Молодежное крыло нашей группы составляли я, две Тани и мальчик Саша. Испытывая обоюдное желание замутить с девчонками, я и Саша подружились.

Ухаживать за девушками оказалось выгодно: каждый получал номер с телкой в придачу.

Время под жарким абхазским солнцем бежало быстро. Мы добросовестно обхаживали подруг, не получая взаимности. Однажды на столе для почты я увидел единственную телеграмму. Депеш не ждал, но почему-то развернул листок. В графе «адресат» стояла моя фамилия, а дальше одна фраза: «Поздравления марте. Марина». Предвидя недоброе, я загнул пальцы и офигел: март выходил девятым.

Залетели!

День я провел мучаясь вопросом, кто виноват и что делать. Крайним, учитывая похотливость Блудовой, мог быть совсем и не я, однако затупить смелости не хватало. Если узнают ее родители, грядет большущий скандал. Марина отдыхала в Геленджике, и по дороге в Москву я решил заехать к ней.

Вечер мой традиционно проходил со Злобиной. Не смотря на решительные приставания, она, как Жана Д’Арк, бастион не сдавала. Я не выдержал: «Будешь ломаться – уйду!», но уйти не мог – Сашка в нашем номере клеил ее подругу – и, отвернулся.

Прижавшись ко мне, Таня зашептала:

? Леш, ты спишь? Я, кажется, тебя хочу.

Это «кажется» переполнило чашу моего терпения и, огрызнувшись, я провалился в тяжелый сон.

В Геленджике, не найдя Марину в палате, я отправился на пляж. Она лежала на волнорезе с двумя обалдуями. Снова подумал: «А твой ли «мальчик?»

Заметив меня, Марина бросила кавалеров.

? Привет. Надо поговорить, – сказал я.

? Потом.