Одна среди туманов

Он уже садился за руль, когда Кло нагнала его и спросила:

– А что такое дикая свинья?

Повернувшись, Трипп внимательно посмотрел на нее.

– Это очень большая свинья с острыми зубами и клыками, как у кабана. И она может быть довольно опасна даже для взрослого человека.

Кло побледнела еще больше.

– Твою мать! – выругалась она. – В какую же дыру я попала?

Трипп окинул девочку тяжелым взглядом, потом посмотрел на Кэрол-Линн, которая тоже подошла к нему. Низ ее расклешенных джинсов сплошь облип глиной.

– Юные леди не должны так выражаться, – строго сказала она, направив палец прямо в лицо Кло.

Бледное лицо девочки вспыхнуло неожиданно ярким румянцем.

– Что за хрень?! – завопила она, резко оборачиваясь к моей матери. – Какого хе..!

Договорить она не успела. Трипп стремительно выскочил из машины и заступил ей дорогу.

– Ты помнишь, о чем мы говорили в аэропорту?

Кло прикусила язык. Глаза ее перебегали с моей матери на меня и обратно, словно она надеялась, что кто-то из нас примет ее сторону.

– Ну ладно. Как скажете.

– Это означает – «извините»? – Трипп наклонился к ней.

– Да… сэр, – пробормотала Кло.

– Вот так-то лучше. – Трипп удовлетворенно кивнул и, еще раз помахав рукой всем нам, сел в машину. На мгновение он обернулся, чтобы показать нам растопыренные в виде римской цифры V пальцы, которые направил себе в глаза, потом бросил еще один суровый взгляд на Кло и уехал.

– Кажется, Кора приехала, шериф, – сказал Томми, показывая в угол заднего двора, где находилась крохотная парковочная площадка на одну машину, построенная еще в те времена, когда мой брат увлекался мотоциклами. Правда, с тех пор, как я вернулась домой, мне на глаза не попался еще ни один мотоцикл, и я решила, что Томми забросил это свое хобби. На площадку как раз въезжала светло-голубая «Тойота».

– Идемте, я вас ей представлю, – добавил Томми и повел шерифа прочь.

– Не забудь разобрать часовые детали. Пластиковые мешочки я принесу тебе чуть позже.

Только после этих слов я осознала, что все еще держу в руках увесистую шляпную картонку, полную шестерней, пружинок, корпусов и бог весть чего еще. Разбирать этот хлам я не особенно стремилась, но теперь у меня, по крайней мере, был предлог как можно скорее вернуться к себе в комнату.