Чердак на Куин-стрит

По крайней мере, до недавнего времени, пока там не появился новый сотрудник, – похоже, по словам Нолы, большой любитель командовать, хотя был нанят, чтобы помогать с тяжелой работой, а также управлять магазином. Родители Джека решили больше путешествовать, чтобы охотиться за антиквариатом по всему миру, а заодно побыть просто туристами, чего они никогда не могли себе позволить. Они утверждали, что не готовы сидеть без дела, так что это будет лучшее их решение.

Я не знала, в чем проблема Нолы: в том, что она была не готова выполнять распоряжения незнакомца там, где ей, с тех пор как она прибыла в Чарльстон, была предоставлена полная свобода действий, или же в чем-то совершенно другом.

Я не стала говорить об этом Амелии, надеясь, что недовольство Нолы уляжется само собой без родительского вмешательства.

Нола вздохнула:

– Не раньше субботы. Лорд Волдеморт решил, что будет продуктивнее, если я буду работать только по выходным.

Я хотела спросить ее еще, но ее внимание привлекло окно позади меня, выходившее в разрушенный сад.

– Пришла доктор Уоллен-Араси. И… вот же дерьмо!

Я закрыла свой ноутбук и, удивившись ее реакции, встала. Подойдя к двери, прежде чем Софи успела постучать и разбудить собак, распахнула ее, чтобы она и ее спутник могли пройти на кухню. Мне в лицо ударил морозный утренний воздух, и я поспешила захлопнуть дверь.

– Доброе утро, – весело сказала Софи, снимая с шеи вязаный шарф в радужную полоску. Он неплохо сочетался с носками, которые она носила с ее вечными биркенстоками, и с шапкой-бини на голове.

Я не спросила про ее пальто, потому что еще не выпила достаточно кофе, чтобы посмотреть в лицо ее прикиду, который прятался под ним.

– Я привела кое-кого, с кем мне хотелось бы вас познакомить, потому что я думаю, что в будущем вы будете видеть его довольно часто.

Я оторвала взгляд от носков Софи, чтобы впервые взглянуть на ее спутника. Он был молод – немногим старше Нолы – и очень высок, не меньше шести футов и трех дюймов. Светлые волосы, вероятно, светло-каштановые, когда на них не падало солнце, карие глаза цвета кофе с молоком.

Судя по загорелому лицу и рукам, он много времени проводил на открытом воздухе.

– Бо, это моя подруга Мелани Тренхольм, о которой я тебе рассказывала.

– Бо Райан, – сказал он, протягивая руку. – Приятно наконец познакомиться с вами, мэм.

Даже если бы я не догадалась по его акценту, что передо мной южанин, слово «мэм» служило безошибочной подсказкой.