Невеста к рождеству

Она приподнялась на цыпочки, чтобы срезать ветку, до которой сестры не смогут дотянуться. Даже Питеру пришлось бы встать на мыски, чтобы ее достать.

– И что было на тех кораблях, что появились на Рождество, на Рождество? – спросил Питер.

– Визжащие кошки.

Голос кузена прозвучал так неожиданно, что она едва не выронила садовые ножницы.

– Вот, возьми. – Она протянула ему только что срезанную ветку.

Он часто подшучивал над ее вокальными способностями. Фелиция не обижалась на то, что было очевидным: она очень любила петь, но не имела ни слуха, ни голоса.

– Ты понимаешь, что к Рождеству они засохнут?

– Тогда я срежу новые.

Кузен Питер стал им настоящим братом. После смерти тети и дяди Фелиции он переехал в Кливертон-Хаус, поэтому они выросли вместе. Отец не скрывал радости, что такой замечательный наследник титула живет с ними под одной крышей. Фелиция подозревала, что родители любили Питера не меньше своих детей.

Любовь всегда витала в воздухе Кливертона. Особенно она была ощутима перед Рождеством.

– Приятное утро, Фелиция. Не желаешь посидеть со мной на солнышке?

Питер назвал утро приятным, но его лицо при этом оставалось хмурым.

– Чудесное утро, хотя в это время года я бы предпочла другую погоду.

Кузен откашлялся, поправил шейный платок и проводил взглядом Фелицию, устроившуюся на скамье рядом. Питер при этом выглядел так, будто только что сел на канцелярскую кнопку.

– Выбор – это то, что у нас бывает не всегда.

Почему губы его поджаты? Почему не растянулись в улыбке от радости видеть ее?

– Да, разумеется, – согласилась она. – Бывают моменты, когда приходится справляться с трудностями, независимо от обстоятельств.

– Надеюсь, это для тебя не просто банальная фраза.

– Мне начинает казаться, что я действительно в это верю. – Она догадалась, что это не праздный разговор, который Питер решил затеять прекрасным утром.

Краем глаза Фелиция уловила движение, повернулась и увидела на крыльце Джинни.

– Что ж, это замечательно. Фелиция, адвокат сообщил мне… новость.

– Надеюсь, хорошую?

Чтобы понять, достаточно было взглянуть на Джинни, сжимавшую в руке очки.

– Говори, пока я не напридумывала нечто ужасное.

Как, похоже, уже сделала Джинни.