Солнце мертвых

Собственно говоря, поводов так думать он не имел и все же подозревал что-то нехорошее.

– В чем дело, Аполлон? – недоуменно спросила жена, вглядываясь в разъяренное лицо.

– Ты еще спрашиваешь, в чем дело, – зловещим шепотом произнес Кнутобоев, – ты еще спрашиваешь!..

Матильда лихорадочно перебирала в уме причины, которые могли довести ее мужа до такого состояния.

«Боже, – с ужасом подумала она, – неужели он узнал…»

Несмотря на высокие моральные принципы Матильды Пантелеевны, водились и за ней грешки. Скажем, увлечение преподавателем физвоспитания Сыроватых.

Однако Матильда знала, что супруг ее был не ревнив, и если что-то могло крепко вывести его из себя, то это скорее всего какой-то бытовой непорядок. Поэтому она ждала продолжения.

– Второй день эта грязь на полу, – продолжал злобно шипеть Аполлон.

– Какая грязь? – недоуменно переспросила Матильда, про себя с облегчением подумав, что страхи ее оказались напрасными.

Иногда, размышляя о семейной жизни, она спрашивала себя: а способен ли ее Кнутобоев на настоящее мужское, свирепое чувство ревности? Ее так и подмывало признаться в своих изменах и посмотреть, как он на это прореагирует, но осторожность брала верх.

А Аполлон между тем продолжал высказывать всю накопившуюся в его душе горечь по поводу неаккуратности супруги.

– Второй день, – нудел он, – эти кровавые пятна на полу, и я вынужден сам их вытирать.

– Какая кровь? – изумилась Матильда.

– Ну от мяса или от чего там еще? – Аполлон досадливо дернул головой.

– Что ты, дорогой, – Матильда почувствовала свою правоту и перешла в наступление, – никакого мяса я не размораживала, ты что-то путаешь!

Аполлон заколебался, он понял, что здесь что-то не так.

– Ладно, дома разберемся, – буркнул он, услышав звонок на урок.

Домой после работы он пришел вместе с женой, боясь, что в его отсутствие она может уничтожить все улики и он окажется в дураках.

«Следы должны остаться, – думал он, – на тряпке, на полу…»

Едва успев отпереть дверь, он тут же побежал на кухню, стал пристально всматриваться в сверкающий белым кафелем пол. Ни единого пятнышка Кнутобоев не обнаружил.

Он с подозрением посмотрел на супругу. Может быть, в его отсутствие она прибегала домой и навела порядок?

– Ну, Аполлон, – грозно произнесла та, – где же эта пресловутая грязь?

Кнутобоев растерянно улыбнулся.