Ограниченный тираж

Завтра разносчик газет проедет на велосипеде по этой улице, разбрасывая газеты на каждое крыльцо. Домохозяйки выйдут из парадных дверей, чтобы вытряхнуть свои швабры и поприветствовать соседей. Почтальон в униформе пройдет по этому самому тротуару в кепке, защищающей его голову от солнца, и с сумкой через плечо, набитой письмами и каталогами.

– Мечта воплотилась в жизнь абсолютно идеально, – сказал Майло, делая глубокий вдох. – Город такой мирный и совершенный. Кто бы не хотел здесь жить?

Глава тринадцатая

Аманда села на скамейку в гримерке и зашнуровала туфли, затем встала, чтобы оценить свой внешний вид в трехстороннем зеркале.

– Не так уж плохо, – произнесла она вслух, хотя никто другой не мог ее услышать. Просто, надев одежду Дороти Барлоу, она перенеслась на много лет назад. Сейчас, в сорок три года, подростковые времена остались далеко позади, но этот костюм определенно придавал ей более юный, даже девичий вид.

Для создания образа сороковых годов стилист добавил завитые наращенные волосы, которые было бы легко заколоть.

Благодаря прическе и платью она преобразилась. Если прищуриться, морщинки вокруг глаз визуально таяли.

Она еще раз взглянула на свое отражение и ухмыльнулась. Возможно, стоит вернуть тенденции этого стиля: шнурованные туфли на неуклюжих каблуках и платья с поясом, плотно облегающие талию. Все это больше не казалось настолько неудобным. Она повертелась из стороны в сторону, рассматривая себя со всех сторон, и одобрительно кивнула.

Десять дней обещают быть не только прибыльными, но и занятными.

Прошла всего неделя с тех пор, как они все встретились на ранчо и ознакомились с требованиями предлагаемой сделки. Когда Мэри отошла, чтобы позвонить дочери, в ее решительном взгляде было нечто, не оставившее Аманде сомнений, что она собирается сорвать все их планы и надежды. Но, должно быть, что-то изменилось за те пятнадцать минут, что ее не было, потому что по возвращении Аманда увидела через окно, как Мэри с безмятежным выражением лица обнимается и разговаривает с аниматронной бабушкой.

Обмен репликами казался трогательным, особенно учитывая колючий характер Кэтрин, но, опять же, это была Мэри, которая никогда ни о ком не сказала плохого слова. Войдя в комнату, она все-таки приняла условия сделки, и на радостях Джефф крепко ее обнял.

– Вот это моя девочка, – сказал он, затем повернулся, чтобы пожать руку Доминику и дать пять Аманде.