«Скорпион» нападает первым

Время от времени они встречались, иной раз выпивали, вспоминали веселые деньки в стройотрядах. Как можно было понять, Степа на шабашках особенно не разбогател, правда, имел потрепанный «жигуленок» первой модели.

У Степы была одна страсть, отчасти оправдывающая его кличку. Он обожал рок-музыку, постоянно менял и покупал заграничные пластинки, или, как он их называл, «диски». Сам же Витя к подобной музыке был совершенно равнодушен и увлечения приятеля не разделял. Матусовский вполне подходил на роль костолома, к тому же у него были обширные связи в полукриминальной среде.

Перед тем как встретиться с Композитором, Витя решил поговорить с Евлампием, конкретно разузнать, с кем им предстояло иметь дело.

– А ты ребят нашел? – вместо разъяснений сразу спросил Евлампий.

– Есть кое-кто на примете, – неопределенно ответил Витя.

– Кое-кто – это не разговор. Вот когда ты придешь ко мне и скажешь, что ребята готовы на дело, тогда расскажу, что и как.

– Но я же не могу ляпнуть какую-нибудь ерунду, да и вознаграждение…

– Именно ерунду ты и скажешь.

Восьмидесятый год – год московской Олимпиады – запомнился появлением в магазинах небывалых товаров – невиданных доселе сигарет и бутылок с яркими этикетками. Витя зашел в гастроном, купил пачку «Мальборо», португальского портвейна и отправился к Матусовскому. На его звонки никто долго не открывал, а из-за двери несся грохот музыки.

– А-а, это ты, старичок…

– Не ожидал? – Витя отодвинул Композитора плечом и без приглашения прошел в квартиру.

– Зачем тебя черт принес?

– По делу, – коротко ответил Витя. – Или не рад?

– Да рад, – кисло произнес Композитор, – правда, не совсем ты вовремя, да уж ладно – проходи.

В комнате сразу стало ясно, почему не вовремя. На тахте среди разбросанных пластинок и каких-то пестрых пакетов сидело существо женского пола лет семнадцати и поспешно приводило себя в порядок.

– Лена, – представил свою знакомую Степа, – а это большой человек, – он кивнул в сторону Вити, – крупный начальник, Виктор Петрович…

– Степа! – оборвал Композитора Витя. – Ты как-то не с того начинаешь. Крупный начальник… К чему церемонии. Для тебя я – старый товарищ. И как товарищ принес маленький сувенир, – он сунул Композитору бутылку.