Карты Люцифера

Нисколько сим фактом не смущаясь, Зина взяла первое попавшееся под руку полотно и, встав прямо посреди падавшего сверху солнечного столба, подняла картину на вытянутых руках. На полотне был изображен трубящий в горн пионер в коротких штанишках.

– О! – воскликнули студенты, восхищенные не то выправкой юного ленинца, не то пышным желтоватым треугольником волос на Зинином лобке.

– Бесовщина, – недовольно произнес Филаретов. – Убери!

Тогда натурщица начала рыться в груде полотен, потом извлекла еще одну работу и так же вскинула ее ввысь.

На новом полотне оказалась изображена сама Зина, на которой отсутствовал даже халат. Сходство было полным.

Шепот пробежал меж восхищенными зрителями.

– И опять не то, – прокомментировал показ хозяин. В его голосе послышались предвещающие грозу раскаты.

– Давай, Афанасьич, я сам покажу, – вступил в действие Артем, опасаясь непредвиденных ситуаций. Он вытащил из угла домашние заготовки и поставил их перед зрителями.

– Кандинский! – воскликнул догадливый парижский дакарец.

Артем похолодел. Это был действительно Кандинский.

– Ваш Кандинский – говно!!! – неожиданно рявкнул Филаретов. – Мазила бездарный.

– Не горячись, Афанасьич, – успокоил его Артем. – Чего гостей пугаешь? Лучше выпей.

Филаретов охотно наполнил свой стакан, потом, искоса глянув на Зину, плеснул и ей.

– Эти будут? – спросил он у Артема, указывая на африканцев.

– Они водку не пьют.

– Нехристи! Кашасу им подавай? Нет у меня кашасы! – заорал Филаретов, видимо, вспомнив читанного в детстве Жюля Верна.

Гости стали испуганно переглядываться. Артем сделал успокаивающий жест руками.

– Полегче, Афанасьич, – одернул он разбушевавшегося хозяина. – К тебе пришли как к ведущему представителю отечественной живописной школы, а ты вопить начинаешь.

– А чего они Кандинского вспомнили?! Тут я живу, а не Кандинский.

Тоненький Франсуа сделал неопределенное движение пальцами, словно подзывал официанта.

– А деньги? – взволнованно воскликнула молчавшая доселе натурщица.

– Расчет будет произведен через внешнеторговую организацию, – строго сказал Артем. – Вот вам пока пятьсот рублей. А это в качестве утешения. – И он извлек поллитровку.