Сильные духом

Он пытался ей сказать, что если Такер будет продолжать воспитываться в том же духе, то никогда не станет похожим на Грэма. Даже если он действительно сын Грэма, в чем Рори очень сомневается.

– Нетрудно выяснить, является Такер сыном Грэма или нет.

Грейс промолчала.

– В лаборатории у него возьмут ватной палочкой образец слизистой с внутренней стороны щеки, и все дела.

– Как часто ты это делал, Рори? – яростно бросила Грейс.

Рори знал, что она так отреагировала для того, чтобы скрыть тот факт, что ее пугает простота этого решения.

Он ничего не сказал. Пусть думает, что хочет. Главное, что она перестала так мягко на него смотреть.

– Разве ты сама не хочешь узнать правду о Такере? – спросил Рори.

– Хочу. Я хочу, чтобы Серенити ее мне сказала.

– Ты хочешь, чтобы Серенити сказала тебе правду? – недоверчиво спросил он.

Как можно быть такой безнадежно наивной?

Грейс упрямо кивнула.

– Ты знаешь, как можно понять, что Серенити лжет?

– Как?

– Она делает это всякий раз, когда открывает рот.

– Можно было обойтись без лишнего цинизма.

– Цинизм лишним не бывает.

Грейс еще раз сверкнула глазами, но не стала больше спорить на эту тему.

– Насколько хорошо вы с Грэмом ее знали?

– Достаточно хорошо, чтобы смело утверждать, что ради собственной выгоды она может сказать, что угодно.

– Ты крайне недоверчив.

– Да. И поэтому все еще жив. Грейс, под прицепом лежит пьяная женщина. Ее пони разбрелись по всему парку. Как, по-твоему, я должен реагировать на эту ситуацию?

Внезапно дух сопротивления покинул ее.

Рори пожалел, что у него не было времени, чтобы подготовиться к тому, что Грейс сделала затем. Она положила руку ему на запястье.

Ее одежда, по крайней мере до инцидента с пони, говорила о том, что она успешная и уверенная в себе деловая женщина.

Но ее прикосновение сказало нечто совсем другое. Она была бы потрясена, если бы узнала, что выдала правду о себе одним-единственным прикосновением.

Эта правда заключается в том, что она мягкая, наивная мечтательница, которая хочет видеть во всех и во всем лучшее.

Она слишком добра и доверчива. Непонятно, как ей удается оставаться такой после гибели брата и разрыва собственной помолвки. В этом была смелость, которой Рори восхищался против своей воли.

Она посмотрела на него. В ее глазах была мольба.

– Я знаю, ты просто пытаешься меня защитить. Но прошу тебя, Рори, позволь мне самой разобраться в этой ситуации.