Сияющий мир

Он надеялся, что сможет оставаться бесстрастным, несмотря на этот нежный аромат духов.

Все просто. В конце концов, Нейту удавалось сохранять равнодушие в присутствии любой другой женщины, которая считала, что они с Эйс нуждаются в ласке, любви и спасении. А он ни в чем не нуждался. И гордился этим.

Иногда казалось, что у него есть только эта гордость – и Эйс конечно же.

Когда они все разместились в его просторном автомобиле, Нейт понял, что не сможет оставаться бесстрастным – он постоянно ощущал присутствие Морган на заднем сиденье, рядом с Эйс.

И он также осознал, что поездка в Гринвилль оказалась очень, очень короткой. Все потому, что Морган согласилась изменить машину, но не свои планы. А она планировала превратить этот день в праздник для Эйс, и ее искренняя забота о дочери смягчила его сердце. И ему это совершенно не нравилось.

Нейт изо всех сил сопротивлялся попыткам Морган вовлечь его в разговор, но чувствовал легкий стыд из-за того, что обычно во время долгих поездок с Эйс просто включал какой-нибудь фильм.

Он искоса взглянул на Морган. Ее глаза сияли искренним счастьем.

Нейт понимал, что после смерти Синди он жил будто во тьме, в постоянном сожалении, в отчаянии от своей беспомощности. Свет Морган пронзал его насквозь, и он не собирался позволять это.

– Мы едем, едем, едем, в далекие края. – Морган Мак-Гир пела с энтузиазмом, который отчасти извинял полное отсутствие слуха.

Она была молода и совершенно наивна и никогда не переживала таких тяжких времен, какие выпали на его долю.

– Мы едем, едем, едем…

Нейт потряс головой, не желая втягиваться в сияющий мир Морган Мак-Гир. Из этого ничего хорошего не выйдет. Когда что-то твердое встречается с мягким, мягкое всегда страдает.

Самое лучшее, что он мог сделать для этой учительницы, которая так заботилась о его дочери, – это не отплатить болью за ее заботу.

И влечение к ней, которое пробуждал ее аромат, ее голос и энтузиазм, могло привести только к страданию.

И он был достаточно циничен, чтобы признать это.

Морган бросила быстрый взгляд на Нейта Хетоуэя. За все то время, что они провели вместе в дороге, он не сделал ничего, чтобы изменить ее первое впечатление о нем как о мужчине, который способен укротить железо своей волей.

Он был воином. Покрытым шрамами, полагающимся только на себя, прячущим эмоции за такими высокими стенами, которые невозможно преодолеть. Именно поэтому Морган так и тянуло попытать силы.