Подари мне волшебство

Он приезжал в школу на старом тарахтевшем мотоцикле, в клубах сизого выхлопного газа.

– Бунтарь? – снова переспросил Сэм, и Ханна не смогла понять, удивлен он или же рассержен.

– Именно бунтарь.

Ханна прекрасно владела собой, и по ее интонации невозможно было догадаться, что она считала Сэма чертовски сексуальным мужчиной. Всего одно мимолетное прикосновение рук – и произошло что-то такое, что заставило кровь быстрее бежать по ее венам.

Сэм явно относился к тому типу мужчин, которые позволяют женщинам влюбляться в себя, ничего не обещая и не давая взамен.

Именно таким и был ее бывший жених, который бросил ее, едва она успела похоронить мать.

Это заставило Ханну поклясться самой себе, что никогда больше не позволит мужчине раздавить себя. Именно поэтому, познав однажды поцелуй Сэма, Ханна запретила себе поддаваться его очарованию.

– Что заставило тебя прийти к такому умозаключению? – спросил Сэм.

– К какому именно?

– Что я был бунтарем.

– Ну а кем же еще? – раздраженно парировала она.

 – Парень, разъезжающий на мотоцикле в городе, где тракторы – или пони – куда более распространенный вид транспорта, выглядит бунтарем, направляющимся прямиком в гнездо разврата.

Сэм расхохотался, и Ханне понравился звук его искреннего смеха.

– О, мой старый «Харлей-Дэвидсон»… – мечтательно протянул он. – Ты знала, что я нашел его на свалке и сам отремонтировал? Ну, насколько смог, конечно. Я помню, что мотор частенько глох посреди дороги, и ни один из тех парней на тракторах, которых ты упомянула, не остановился, чтобы помочь.

– Твоя кожаная куртка издалека подавала тревожные сигналы. Тебя явно воспринимали как угрозу имиджу типичного американского городка, коим всегда был Смит.

– Я помню тот день, когда увидел эту куртку в витрине магазина. – Улыбка снова смягчила черты его лица. – Я экономил на всем, на чем только было можно, чтобы купить ее. Уверен, что я вовсе не был тем мятежным бунтарем, каким ты меня помнишь.

 – Его голос снова стал серьезным, а из глаз исчезло мечтательное выражение.

– Тем не менее ты им был. Сэм Чисхолм в свое время был местным аналогом Джеймса Дина.

– Тогда я полагаю, – сухо заметил он, – что ты в Смите была типичной американской девушкой.

Конечно, большинство жителей города думали, что по окончании школы она уехала в Нью-Йорк, влекомая огнями и соблазнами большого города. Но истинные причины были самым большим секретом Ханны.