Подари мне волшебство

На щеках Ханны розовел нежный румянец: то ли от мороза, то ли искусно нанесенный косметикой – Сэм так и не понял, но на фоне ее фарфоровой кожи румянец подчеркивал высокие скулы. Когда-то давно она была очень милой, а теперь детская миловидность превратилась в изысканную красоту.

– Ханна. Ханна Меррифилд, – растерянно произнес он, пригладив рукой влажные от растаявшего снега волосы. – Мистер Дьюи сказал, что ты здесь больше не живешь. Уже много лет.

– Так и есть, – ответила она слегка дрожащим голосом, выдававшим волнение, которое она надеялась скрыть.

– Тогда что ты здесь делаешь?

– Мистер Дьюи два часа назад уволился, хотя я все еще надеюсь, что к утру он передумает. Он сказал, что пони убежал в сторону шоссе.

Сэм был уверен, что Ханна бы чертовски разозлилась, если бы узнала, что под всем ее внешним лоском он все еще видит девчонку, которую родители наряжали рождественским эльфом для помощи в продаже деревьев на елочной ферме. Возможно, такое впечатление создавала огромная парка и большие сапоги, тоже явно чужие, но Сэму она сейчас виделась ребенком, играющим во взрослого.

Он вдруг так ясно вспомнил ее в зеленом костюме эльфа рядом с отцом, словно это было вчера. Ей тогда было, наверное, лет пятнадцать. Тогда-то он впервые и заметил девчонку, учившуюся в той же школе, что и он сам, но на год младше.

Ей хотелось провалиться сквозь землю от стыда, потому что он увидел ее в таком виде. Он тоже был всего лишь мальчишкой и не смог удержаться от того, чтобы подразнить Ханну.

Ханна отвела взгляд от пони и посмотрела на мужчину, удивляясь про себя, откуда он ее может знать. А потом она его узнала.

– Сэм? – ошеломленно спросила она, столь же обескураженная этой неожиданной встречей, как и он сам. – Сэм Чисхолм?

– Собственной персоной.

Ханна снова пригладила пальцами свои густые волосы и взглянула на свою огромную куртку и нелепые ботинки.

– Вот черт! – пробормотала она себе под нос, и Сэм удивленно поднял бровь. – Обычно, встречая человека из своего прошлого, хочется произвести хорошее впечатление, – произнесла она это, покраснела и прикусила нижнюю губу, успев пожалеть о сказанном. – Я бухгалтер.

Сэм понял, что она старается отделить себя теперешнюю от образа очаровательного рождественского эльфа, в котором он впервые ее увидел.