Праздник былой любви

Несмотря на то что Ноэль чувствовала себя потерянной, она улыбнулась ребенку, а потом обратила внимание на мужчину. Он протянул ей руку, и она, сняв рукавицу, почувствовала тепло его пальцев. Внезапно она пожалела о том, что не принарядилась. Невозможно не хотеть произвести хорошее впечатление на Эйдана Филлипса!

Но она увидела слабую настороженность в его ярко-голубых глазах, когда он посмотрел на нее, прищурившись.

– Приятно познакомиться, – осторожно произнес он, и Ноэль поняла, что ему совсем не приятно.

– Это довольно неожиданно, – выдавила она. – Мой дедушка только что сказал мне, что у нас будут гости на Рождество.

– А нам он не сказал, что в доме будет его милая внучка.

Эйдан произнес «милая внучка» с легким сарказмом, и Ноэль покраснела. Но затем она поняла, что Эйдан намекает не на ее простоватую внешность, а на что-то совсем другое.

Неужели он намекнул на то, что ее дедушка занимается сватовством?

Она взглянула на дедушку из-под ресниц, задаваясь вопросом, не решил ли он вмешаться в ее жизнь? Маловероятно.

Если ее дедушка занимается сватовством, то довольно равнодушно относится к первой встрече влюбленных.

По правде говоря, это просто не в его стиле. Совсем. И все же Ноэль вспомнила, как привела Митчелла на ранчо, чтобы познакомить его с бабушкой и дедушкой.

«Что с ним такое? – спрашивал бабушку ее дедушка. – Митчелл не ведет себя как самый счастливый человек в мире. Похоже, он не замечает, какая она красивая».

Ноэль слышала ответ своей бабушки, но не помнила его.

Дедушка даже не знал о последнем поступке Митчелла: тот опустошил их совместный банковский счет. И заявил, что все деньги принадлежат ему.

И что сказал дедушка, когда Ноэль появилась на его пороге с распухшим от недельных слез лицом? «В старые времена было лучше, потому что родители помогали детям найти себе пару».

Похоже, дедуля становится сентиментальным.

Сейчас он совсем не выглядел сентиментальным, а хмурился, глядя на пожилую леди, которая старательно вытирала лицо девочки, облизанное собакой, льняным носовым платком.

– А кто вы? – спросил он.

– Бертанана Саттон, – по-королевски ответила она, но не протянула Руфусу руку, что он воспринял как оскорбление.