С надеждой на смерть

Хансен собирается уйти, но Гис останавливает его:

– Не так быстро, юный Хансен; у меня есть работенка и для тебя.

* * *

Барнетсон заканчивает разговор и сует телефон в карман. Они почти закончили, и им все еще нечего предъявить. Ни отвертки, ни телефона, ни бумажника и уж точно ни окровавленного рюкзака.

Он поворачивается к Гроуверу:

– Похоже, убитый пришел с каким-то рюкзаком.

Гроувер хмурится:

– Это то, что, по их мнению, было в пакете?

Барнетсон обводит глазами комнату.

– Может быть, – рассеянно говорит он.

 – Вероятно, он подходящего размера.

Гроувер вздыхает:

– Выслушаю любые предложения, где искать, сержант, потому что у меня закончились идеи.

Барнетсон в упор смотрит на него, затем отводит взгляд. У него тоже нет идей.

* * *

На следующее утро Гис и Куинн первым делом подходят к столу Бакстера и начинают изучать распечатки записи телефонных разговоров Суоннов с начала года.

Гис качает головой:

– Это и вправду все, что есть? Более чем за девять месяцев?

Бакстер кивает:

– Я тоже так подумал.

Я даже дважды обращался в «Бритиш Телеком», чтобы убедиться, что линия исправна. И да, она исправна. Хотя, судя по этому списку, сомневаюсь, что Суонны даже заметили бы, будь это не так.

– Три звонка от терапевта Суоннов, – задумчиво говорит Куинн. – Два из них – недавние. Мы знаем повод?

Бакстер качает головой:

– Разумно предположить, что все дело в Маргарет, учитывая, сколько раз она лежала в больнице, но мы всё еще ждем разрешения на ознакомление с ее медицинской картой, и, честно говоря, вряд ли она даст согласие.

Хотя, конечно, это может и не иметь никакого отношения к делу.

Куинн вздыхает:

– Надеюсь, у тебя есть хорошие новости, Бакстер, потому что лично у меня по нулям.

Бакстер сухо улыбается, поворачивается к экрану и открывает файл.

– Как вам вот это?

На экране кадры видеонаблюдения – со станции, судя по всему. Внизу экрана указано: 21.10.2018, 20:41:06.

– Таксист говорит, что наша жертва ждала до получаса, – говорит Бакстер.

 – Поэтому я вернулся к восьми тридцати и начал оттуда.

Он начинает воспроизведение, и два сержанта подаются вперед, по одному за каждым плечом, словно добрый и злой ангелы – мысль, которая, возможно, пришла в голову и Бакстеру, судя по его легкой улыбке.

Камера направлена на турникеты, и они втроем наблюдают, как люди идут по платформе и проходят через двери. На улице явно холодно – все в шарфах и перчатках, стеганых куртках и теплых пальто.