Прирожденная ведьма Мария III. Ученик ведьмы

– Тогда я молчать буду, пока вы не спросите.

– Вот, лучше учи, пока едем, надо наизусть выучить.

– Хорошо, я постараюсь, но если что, ведь можно в листок подсматривать?

– Конечно можно, даже иногда нужно, так как думаю, помех у нас еще много будет.

Они доехали до кладбища. В этот осенний день оно создавало особо угнетающее впечатление, хорошо хоть было сухо. Но листва с деревьев уже опала, и теперь везде высились черные голые ветви, а небо хмурилось серой хмарью, от которой разве что мороси можно было ждать.

Выйдя из машины, Люба чуть не наступила в лужу, единственную на всем пути и припорошенную листвой. Девушка вела, как компас, в нужном направлении, неся с собой пакеты. Степан же сидел на плечах и все повторял, как заведенный.

– Не к добру это все, ох не к добру…

– Степа, не нагнетай, а! – и в какой-то момент Маша потерял Любу из виду, отвлекшись на чертенка.

Она пошла дальше, но девушки нигде не было, зато она увидела людей, что рыдали у свежей могилы.

– Простите, мне бы не хотелось показаться бестактной, но вы не видели тут девушку с пакетом, – обратилась Мария к супругам.

Женщина немного отошла, и за ее спиной показался крест, с которого на ведьму смотрела та самая Люба, и даже надпись об этом свидетельствовала.

– Ничего и никого мы не видели.

– Простите еще раз, а это ваша дочь?

– Да, она, такое горе…

– А где ее сестра лежит?

– Что? Откуда вы знаете? Кто вы такая?

– Меня Люба попросила помочь им упокоиться и оставить этот мир.

– Вы ведьма?

– Да, извините еще раз.

– Ничего, проходите. Она мне снилась, все просила ее в покое оставить, говорила, что уйти не может, пока мы плачем тут, а как не плакать-то?

– Соболезную вашему горю.

– А сестра вот, рядом, они же близняшки были.

– Да, я слышала, и вторая родилась мертвой.

Женщина еще громче расплакалась, потом начала кого-то обвинять, ругаться и, когда все же взяла себя в руки, задала свои вопросы.

– А вы им поможете? А нам можно поприсутствовать?

– Конечно!

– Эх, Машка, без оплаты останемся…

– Степа, надо, – сообщила она чертенку и приступила.

Обряд шел достаточно легко, и девушки стояли прямо перед Машей, когда она заканчивала.