Режиссёр

Недалеко от неё, привалившись к дверному косяку и скрестив руки на груди, стоял мужчина. Те же плечи, заслонявшие собою горизонт, мощные ноги, леденящая душу интонация… Значит, это был не сон.

Лицо мужчины по-прежнему скрывалось за капюшоном и козырьком кепки, отчего он так и оставался для Мары незнакомцем. Это было до смерти страшно. Хотя было бы ей спокойнее, будь на его месте кто-то знакомый Маре?

– Ты большая умница, Марочка. Всю дорогу вела себя как хорошая девочка, даже не пикнула ни разу.

За это я хочу тебя поблагодарить.

С этими словами он неторопливо подошёл к кровати, на которой лежала Мара. Вновь вынул из кармана кляп, засунул его ей в рот. Затем присел на краешек кровати у самых ног Мары и медленно погладил их тыльной стороной ладони.

– Какие тоненькие и гладенькие, как у куклы… Ты просто куколка, Марочка. Самый ценный, самый редкий экспонат. Хорошо, что ты теперь моя.

Одним мощным рывком незнакомец сорвал с Мары странного вида телесные шорты.

На удивление они повиновались его рукам и… разлетелись кусочками в разные стороны.

Мара поняла, что это была за ткань. Диафрагма была готова изогнуться, извергая рвотные порывы.

Это была кожа. Куски настоящей человеческой кожи.

Теперь Мара была полностью обнажена ниже пояса.

– М-м-м, – довольно заурчал незнакомец, наклоняясь всё ниже к её лону. Одно мгновение, и его длинный склизкий язык проник в неё.

Девушке стало до тошноты противно и страшно. Она ни секунды не желала терпеть непотребства этого садиста-извращенца.

Её тело задёргалось, зашевелилось, точно рыба на суше, однако без помощи рук у неё мало что получалось. Язык соскользнул всё глубже.

– Я заставлю тебя стонать, – прохрипел он своим жутким голосом. По лицу Мары потекли робкие тёплые слезинки. Она тихонько постанывала, насколько это позволял кляп, но не от удовольствия, а от ужаса.

Внезапно мужчина поднял голову. Всех черт лица всё так же не получалось разглядеть, зато теперь Мара смогла увидеть его глаза.

Чёрные, как ночь. Выразительные, внимательные, гипнотизирующие, это были глаза хищника. Хищника, который ни на секунду не сомневался в своём могуществе и властью над жертвой. Потому и не стремился демонстрировать его так явно.

Хищнические глаза заблестели из-под козырька кепки.

– Что такое, дорогая? Не нравится? Тебе не нравится моя благодарность?

Мара яростно замотала головой и снова задёргалась.