Прекрасные разбитые сердца

Забираю у нее рюкзак и все перекладываю, чтобы поместилось.

– Я не злюсь. Просто волнуюсь. Если его поймают, то выгонят из лиги.

И это будет означать конец его мечте о профессиональных соревнованиях в Абсолютном бойцовском чемпионате[3 - Спортивная организация, проводящая бои по смешанным единоборствам по всему миру.].

Начав встречаться, мы разговаривали с Ридом по ночам, мечтая вслух. Что он будет получать звания MMA, пока его потенциалом не заинтересуется какой-нибудь спонсор или широко известный тренер.

Что я буду играть в футбол за Дивизион I, а после окончания школы меня выберут для профессиональной игры.

– Он делает это ради меня, – тихо произносит Тесс.

– Ты не можешь винить себя. – Сражаюсь с молнией, пока она не застегивается. – Рид сам делает выбор. Никто не указывает ему, что делать.

Она улыбается.

– Кого-то мне это напоминает.

– Приму это за комплимент.

Тесс смеется, и ее голубые глаза загораются. Они с Ридом совсем не похожи, но потрясающие голубые глаза у них одинаковые.

Голубой океан – как на фотографии с моими бабушкой и дедушкой на пляже Кубы, до их иммиграции в США. Я ни разу в жизни не видела такой голубой воды.

Направляясь к выходу, замечаю дыру в гипсокартоне за входной дверью.

– Что произошло? Как будто кто-то пробил в ней дыру.

Ее взгляд устремляется к дыре.

– Близко. Они с Ти Джеем дурачились, когда Рид открывал дверь. Ти Джей бросился на него, и они так сильно навалились на дверь, что она распахнулась и ручка вошла в стену.

Мама не обрадовалась и заставляет Рида починить ее.

Что-то в этой дыре не так, но я не могу понять, что именно.

Тесс открывает дверь, в коридоре стоит ее мама и возится с ключами.

Миссис Майклс ахает.

– Я не слышала, что вы идете.

Круги под ее глазами темнее обычного. Наверное, возвращается с двойной смены в кафе. Тесс придерживает для нее дверь.

– Спасибо, милая. – Мама плетется внутрь, как будто ходит во сне. Пытается повесить ключи на крючок, но промахивается, и они падают на пол.

Я спешу поднять их.

– Извините. Не знаю, что со мной.

Миссис Майклс зевает.

– Ты работала восемнадцать часов подряд и устала, – говорит Тесс и убегает на кухню.

Ее мама улыбается мне.

– Как у тебя дела, Пейтон?

– Все хорошо.

Даже лучше. И я вдруг чувствую себя виноватой. Тесс возвращается с чашкой кофе и отдает ее маме.

– Спасибо.

Миссис Майклс опускается на диван, делает несколько глотков кофе и ставит чашку на край стола.