Любить нельзя работать

Котик, он же пушистый шар весом в семь килограмм, промурлыкал вежливое «Спасибо» и принялся уплетать ножку.

Я провела ладонью по мягкой шерстке, вызвав недовольное урчание кота, слегка улыбнулась, и отправилась поднимать разбросанную обувь. Квартирка была довольно большая, поэтому отправляться было куда – кухню от прихожей отделял длинный коридор. Спасибо родителям за такой роскошный подарок для моей взрослой жизни. С одной стороны, они добились того, чтобы я съехала и оставила их наслаждаться совместным времяпрепровождением еще три года назад, а с другой —я чувствовала, как от меня откупились.

Подняв одну туфлю, вздохнула и переставила поближе к комоду. За ней последовала вторая. Когда небольшая уборка была закончена, заперла дверь, которую забыла закрыть после ухода Влада, и по привычке бросила взгляд на зеркало над комодом.

Вот и я, Виктория, двадцати пяти лет от роду. Провела пальцами по забранным в пучок светло-русым волосам. Всегда любила такую простую прическу – так и работу (любую в принципе) выполнять легче, и не оставляешь после себя лишних следов.

Попыталась улыбнуться своему отражению, но улыбка вышла, скорее, вымученной и уж очень ненатуральной, а зеленые глаза готовы были вот-вот наполниться слезами.

Обидно ли мне? Да еще как! Когда тебя, незамужнюю девушку с довольно привлекательной внешностью (да, скромностью я не отличаюсь) таким вот образом предают.

Первые отношения были с Петей, на тот момент одноклассником, и они пошли по швам уже спустя три месяца. Тогда я обрадовалась, что это был последний год учебы и практически наш с ним выпуск, хотя и переживала разрыв тяжело.

Вторым был Олег. С ним знакомство произошло в конце первого курса, не смог продержаться и двух месяцев, после чего объявил (и на том спасибо), что на самом деле ему нравится моя подруга. Как оказалось, и он ей тоже.

Затем были более долгие отношения с парнем, чье имя я почему-то даже не запомнила, хотя мы продержались почти год. Возможно, он не отпечатался в моей памяти из-за того, что голова была занята учебой и переездом.

Ну и, наконец, Влад, которому пришлось тоже помахать ручкой. Точнее – туфлей.

Могла уже собирать коллекцию подобных козлов и писать собственную книгу о мужской логике.