Максимилиана

Единственное, что он смог сделать, так это перевернуться. И теперь парень сидел на асфальте, рассматривая кровоточащую коленку и стёртые ободранные ладони рук.

– Макс… ты как?! – закричал второй подросток, пытаясь придти на помощь своему другу.

Ответить Максу не дали. Подбежавший к нему охранник грубо схватил пацана за толстовку и потащил за собой. Такие действия, видно, сильно разозлили Макса, и он стал отбиваться руками и ногами от того, кто тащил его.

– Руки свои убери, – прошипел Макс, и наконец вырвался из рук охранника.

Падая опять назад, у него с головы слетел не только капюшон толстовки, так как охранник пытался пацана перехватить, но и кепка, которая осталась в руке у охранника.

Волна золотых волос рассыпалась по плечам подростка, причём волосы были настолько длинные, что они, как змеи, скрученные в петли, сползали по его спине и расползались вокруг по пыльному асфальту.

– Максим! – опять закричал второй подросток.

Тот, кто сидел на земле, на этот крик поднял голову, и стоящие мужчины увидели лицо юной девушки. Она была красива. Да, красива. Конечно, это можно применить ко многим, но вот такую совершенную красоту встретишь редко у кого. Огромные миндалевидные глаза, обрамлённые длинными изогнутыми ресницами, которые, как крылья бабочки, запорхали, открывая взгляду серую радужку глаз. Тонкий, правильной формы небольшой нос, красивые губы, высокие скулы, идеальная линия подбородка и тонкая, изящная шейка.

Девушка стёрла слезинку со щеки, видно, всё-таки она сильно ударилась. Её коленка кровоточила, да и ладони все были в порезах о мелкие камушки на асфальте.

– Макс… почему Максим? – ошарашено произнёс Вениамин Валентинович, смотря на это создание, причём все остальные мужчины молчали и просто рассматривали её.

– Максим… – произнёс Андрей Владимирович. – Я слышал это имя от Вашего отца… Вы дочь Изборцева – Максимилиана?

Девушка молчала и лишь бросила грозный взгляд в сторону сказавшего это. Да вот только от этого взгляда, от взмаха ресниц, от поволоки в её глазах, у всех перехватило дыхание.

– Вы позволите Вам помочь? – подходя к ней, сказал Князев.